Эротические рассказы

на сайте более 34 000 рассказов

Код инцеста. Часть 3

Алиса, как всегда голая, непринуждённо расхаживала из стороны в сторону.

— Мне очень понравилось! Очень! Но почему же ты не продолжил? Где продолжение, а?

В этот момент она наклонилась очень близко к моему лицу. Глазам некуда было деваться, и я просто пялился на её сиськи.

— Сколько времени прошло? Несколько месяцев?

— Полгода.

— Это слишком долго и никуда не годится.

По правде говоря, я был полностью с нею согласен. С того самого дня, как я в последний раз применял её демонический подарок прошло уже больше полугода. Тогда я был очень решительно настроен, но мне помешало внезапно проснувшееся чувство стыда и отвращения. Попросту испугался того, что могу, испугался того, что сделал с собственной матерью, которая не заслуживала такого унижения от собственного сына. И поэтому, не применял Код.

Это очень сильно огорчило мою хозяйку, и она в конце концов вызвала меня к себе на ковёр (в смысле, попить чаю на её странной квартире).

— А я ведь так сильно ждала... Так надеялась.

Она снова принялась расхаживать по тесной кухоньке из стороны в сторону.

— Я знаю, но... Просто не мог себя заставить.

— Не мог значит...

Алиса внезапно замерла на месте, а её длинные волосы, которые болтались из стороны в сторону рассыпались водопадом и замерли, как затихают буйные травы после прошедшего ветра. Всё еще стоя ко мне спиной девушка заговорила снова и в этот раз я услышал в её голосе очень холодные и неприятные нотки.

— Полгода назад я спасла тебе жизнь, и точно также, заберу её.

— Погоди, ты ведь не хочешь...

— Не хочу. Я не отдала бы часть себя кому то, в кого бы не верила, но ты переходишь все рамки.

В этот момент она снова повернулась ко мне лицом.

— Если до конца дня ты не продвинешься в подчинении кого-то из своей семьи достаточно далеко, то вернёшься в тот самый момент, из которого я тебя когда-то вытащила. То есть, погибнешь медленной и мучительной смертью. Вот так вот просто.

Алиса щёлкнула пальцами и мне показалось, что по всей обстановке этой старой, замшелой квартиры прошла волна.

— И насколько далеко я должен продвинуться? Ты ведь знаешь, что с тех самых пор я ни разу не использовал твой Код.

— Настолько далеко, насколько сможешь.

Она начала медленно двигаться в мою сторону. В закрытом помещении как будто бы задул жутко горячий ветер, который обжигал тем сильнее, чем ближе ко мне приближалась эта голая дьяволица с серебристыми волосами.

— И я уверяю тебя, Макс, ты вполне сможешь справиться с поставленной тебе задачей.

Я инстинктивно вжался в стену. Она была уже вплотную от меня. Еще через полсекунды Алиса протянула ко мне свои руки и очень крепко обняла.

— Я верю, что у тебя всё получится. Ты один из моих любимчиков, Максим.

Как-будто бы ветер который обжигал мою кожу затих. Её слова о том, что она может меня убить испугали, но в её объятиях я почувствовал себя спокойнее. Меня даже почти не беспокоило то, что когда она прижалась ко мне вплотную, её грудь упёрлась мне прямо в лицо и было трудно дышать. Я всё-таки всё это время сидел на табуретке.

— Ну а для того, чтобы помочь тебе, у меня есть на сегодня для тебя небольшой подарок, но ты должен держать себя в руках и не провалиться. На кону в этой игре стоит твоя жизнь.

— Кфак фя это сфелаю?

Мой голос был сильно приглушён. Неудивительно, ведь трудно говорить с сиськой во рту.

— Я помогу.

Алиса немного отстранилась, а я наконец-то смог сделать глубокий вдох и продышаться. Но облегчение было недолгим. Тут же я ощутил жгучую боль на шее. Не стоило поворачивать голову, чтобы понять, что девушка, которая только что прижимала меня к себе, впилась в мою шею зубами. Её укус был не просто болезненным, но еще и огненно — обжигающим. Как-будто бы кто-то вонзил в тело раскалённые каминные щипцы. Хорошо, что всё закончилось быстро и я уже судорожно растирал место укуса ладонью.

— Что это было, чёрт возьми?!

— Помощь. Поможет преодолеть эту чёртову пассивность.

Лицо голой дьяволицы просто лучилось от нахальной усмешки.

— Выходи через дверь в прихожей. Повернёшь ключ, и окажешься у себя дома. И помни, времени на всё про всё у тебя совсем немного. Не разочаруй меня. Ставки высоки.

Всё еще растирая болезненное место на шее, я встал с табуретки и пошёл к выходу. Остановился я только совсем ненадолго перед зеркалом в прихожей. Как и всё в этой странной квартире, это зеркало имело крайне убогий вид. Запачканное налипшей пылью и в многочисленных отпечатках чьих-то пальцев, оно едва-едва передавало моё отражение. Я посмотрел на свою шею и увидел только слабенькое покраснение. Но было еще кое-что. Это зеркало было запущенной копией аналогичного, которое было у меня дома.

Я хмыкнул про себя и повернул ключ в скважине замка на двери. В этот момент мои глаза наполнились ярким светом, и я уже стоял в прихожей своего дома. Посмотрев направо я убедился в своей догадке, но не придал этому значения. И тому была причина.

На первый взгляд может показаться странным, что в тот момент, когда я увидел свою маму, сидящую на диване и смотрящую телевизор я лишился всех мыслей, кроме тех в которых я совершал с ней разнообразные извращённые вещи. Но в этом случае мне было на кого сваливать. Как-только в сознании пронеслись отголоски стыдливых мыслей, которые преследовали меня на протяжении последних нескольких месяцев, на шее как будто начался пожар. Кроме этого, у меня совершенно спонтанно встал член. Да так, что аж больно стало. Я глубоко вдохнул, поправил своё достоинство, чтобы было комфортнее и направился прямиком в комнату к маме не разуваясь. Я встал прямо между ней и телевизором и вперился в неё взглядом.

Разумеется, она очень удивилась и запротестовала.

— Максим, я... я же смотрю.

Некогда. Помимо того, что желание бурлило во мне кипящей магмой, я не мог себе позволить терять время на разговоры и действия в отрыве от моей основной задачи — сделать что-то с мамой и выжить.

— Встань, немедленно!

Она сделала как я сказал, но как-то не слишком уверенно. Более того, когда она встала с кресла, она специально заняла позицию как-то так, чтобы видеть телевизионный экран. Раздражает. Люди сейчас пялятся в ящик слишком много.

— Теперь всё на тебе, что кроме белья. Сними и брось на кресло.

— Нет... Зачем ты требуешь от меня такое?

И она и правда не стала подчиняться.

— Раздевайся, живо.

— Нет, Максим... Пожалуйста...

Я сделал несколько шагов в направлении к ней и повторил приказ с нажимом. выполнять она его не стала всё равно. По всей видимости, сказывается сам факт того, что я не применял Код уже очень давно. Единственное что меня утешало, так это тот факт, что она не особо то и оборонялась от моих нападок (с её то характером) и не уходила. Просто стояла немного сжавшись как-будто бы от страха и плаксиво умоляла меня прекратить свои требования.

Действовать с нахрапа не получалось, значит будем действовать постепенно. Идею мне в какой-то степени подсказала Алиса, когда говорила про игру и ставки. Но для начала я всё-таки хотел обозначить какой-то предел.

— Хорошо, твоя взяла. Я не буду заставлять тебя раздеваться передо мной, но взамен, ты обязана следующие несколько минут стоять так как ты сейчас стоишь, с закрытыми глазами и абсолютно молча. Не двигайся вообще.

— Хо-хорошо.

Успешное срабатывание очередного приказа всегда можно было отмечать именно по тому, как человек успокаивается после его получения.

Дальше я просто подошёл к ней вплотную и сначала расстегнул пуговицы на домашней юбке, позволив ей свалиться на пол, а затем тупо разорвал ей блузку. Пуговицы разлетелись во все стороны, а моим глазам предстало её тело в одном только белом повседневном нижнем белье. Вид был неплохой, но какой-то скучноватый. Я уже видел маму полностью голой, и поэтому отнёсся без особого интереса. Чего я до этого не делал, так это не прикасался к телу и поэтому, в этот момент не нашёл ничего лучше, как залезть ей сначала в бюстгальтер, а потом в трусики. Помимо того, что я хотел ощутить её нежные зоны, так еще и хотелось отметить реакцию.
Отреагировала мама, как ни странно, достаточно пассивно. Её руки пытались мне как-то помешать, но я просто силой возвращал их к бёдрам, напоминая о запрете на движения. Еще она как-то очень громко и часто дышала, но говорить ничего не стала. Когда я грубо задрал ей бра вверх она только и сделала, что вздрогнула, но я уже совершенно спокойно мог хорошенько наиграться её сиськами. Я обхватывал их обеими руками, щипал, играл с её сосками. Мне это понравилось, но хотелось уделить внимание еще и её вагине. Поэтому, правой рукой я провёл маме по животу и нагло влез ей под тонкую хлопчатую ткань трусиков и дальше. Наличие волос там меня разочаровало. Надо было немедленно что-то делать. Да и вздрагивать она начала как-то слишком часто.

— Ничего не говори, постарайся расслабиться и слушай что я говорю. Тебе необходимо заняться собой и стать красивее. Для этого, ты сейчас пойдёшь в ванную и под душем сбреешь все волосы с лобка. Тем самым бритвенным станком, которым бреешь свои ноги. И потом, голой вернёшься ко мне. Делай!

Она открыла глаза и как-то жалобно посмотрела на меня.

— А можно мне... Можно мне хоть что-нибудь одеть, ну... ?

Класс. Теперь она умоляет. Ну ладно, это можно использовать даже против неё.

— Окей. Одень свой розовый комплект из шёлкового белья. Трусики, чулки...

Я специально сделал паузу, и женщина как-то возбуждённо добавила.

— И лифчик тоже, да?

Мне понравилось, как мамочка посмотрела на меня с сомнением. Сам тот факт, что она не спорит по поводу того, чтобы идти и брить себе интимные места по одному моему приказу и не интересуется про остальную одежду меня просто умиляет.

— И лифчик. Но не задерживайся и будь готова к тому, что не станешь больше пререкаться со мной, когда вернёшься в эту комнату уже готовая.

— Хорошо, не буду.

Мне показалось, что она ушла с нормальным настроением. Несмотря на то, что минуту назад я порвал её одежду и унизил её. Но она просто развернулась и пошла в ванную в разорванной блузке с задранным лифчиком и без юбки, которая так и осталась лежать на полу. Это было мне вполне на руку. Возможно, что я мог наклонить её раком несколько минут назад и оттрахать, по крайней мере мне этого очень хотелось. «Допинг» от Алисы простил бы моей совести любое насилие в этот вечер. Но остатками здравого смысла я понимал, что от этого Код сильнее не станет. Нужно сделать так, чтобы она по своей воле позволила сделать мне всё. А еще лучше, чтобы сама сделала.

В ожидании продолжения вечера, я просто сел в кресло и окинул помещение глазами. Ясно, что обычным внушением слишком далеко не продвинешься. Нужно внести в дело еще немного тактики. Также, мне пришла в голову идея, представить всё это как какую-то игру. Я мысленно пробежался по доступным вариантам.

Практически всё, что приходило мне в голову длилось слишком долго. Более того, мне не слишком хотелось тратить время на проигрыши и прочую дребедень. В конце концов, я остановился на старой доброй игре в Блэк-джек. Под эту мысль вполне подходила колода карт, которая лежала в одном из маленьких отделений большого шкафа.

Я прислушался к звукам, которые доносились из ванной. Журчание воды и какая-то возня. Всё хорошо. Посмотрел на часы. До полуночи было еще три часа. Хватает. Остальные члены нашей маленькой семьи сегодня ночуют на берегу реки и не должны помешать грандиозным планам. Я встал из кресла и прошёл за картами. Пересчитал. Существует немало разновидностей этой игры, но если говорить по сути, то мне не подходит ни одна из них. Суть самой игры должна сводится к тому, что мама в любом случае проигрывает. А значит, правила надо как-то поменять. Но не слишком обнаглеть, иначе всё опять упрётся в тупые мольбы, или стойкий блок к моим приказам.

Я перетасовал карты. Не являюсь большим фанатом карточных игр. Хотя-бы потому, что мне стабильно не везёт. Но именно в этой игре везение не будут играть особого значения. Я окончательно продумал свой план, включил на телевизоре музыкальный канал и уселся в ожидании своего очаровательного «оппонента».

Мама не стала идти наперекор моему приказу и уже через 15 минут стояла в дверях зала в том нижнем белье, о котором я ей говорил. Она очень смущалась и её лицо было очень раскрасневшимся. Также, стоило отметить что она немного потолстела с тех пор, как покупала это нижнее бельё, и теперь её груди было тесно в бюстгальтере, а трусики слегка давили ей в промежность. Я заметил, что от этого она себя чувствует немного некомфортно и переминается с ноги на ногу. А вообще, она выглядела потрясающе. Ажурные чулки отлично подчёркивали красоту её ног, а на обнаженной коже бёдер не было и намёка на целлюлит.

— Мама, медленно пройди на центр комнаты, я хочу полюбоваться на твою походку. И не говори, пока-что ничего.

Она подчинилась. Но трусики давили ей сильнее, чем мне показалось вначале. Я решил сделать немного хуже.

— Я сейчас немного поправлю твои трусики, подойди ко мне.

Она не стала возражать и подошла.

— Молодец, теперь повернись спиной.

Я осторожно подцепил пальцами резинку и потянул вверх. Мама не смогла сдержаться и из её рта вырвался лёгкий стон. Теперь нижняя часть трусиков впивалась маме прямо во влагалище, которое было видно почти полностью. Не думаю, что ей было больно, потому, что на её трусиках остался гель, которым женщина воспользовалась после бритья письки.

Я еще слегка потянул её за резинку, она попыталась поправить, но я запретил.

— Оставляй как есть. Если что-то не нравится, то снимай и сиди без них.

Она не стала ничего говорить, только коротко кивнула и отошла на несколько шагов и села на диван рядом с креслом. Усаживаясь, она всё время ёрзала, пытаясь поправить трусики, но у неё не особо получилось. Я совершенно не стесняясь продолжал рассматривать её с ног до головы и потянулся за картами.

— Сейчас ты сыграешь со мной в игру. Это будет игра со ставками и её суть заключается в том, что ты обязана продержаться 12 раундов. Ты ставишь, мы играем. Проигрываешь — выполняешь условия ставки. Выигрываешь — твоя ставка переходит на следующий круг. Играть будем потому, что я этого хочу и ты обязана удовлетворить моё желание. Тебе понятны эти правила?

— Да, понятны. А какая игра?

Как-только мама услышала про игру она стала гораздо серьёзнее. В отличии от меня, она такое очень любит. Можно даже сказать, что она азартная женщина.

— Блэк-джек. Но для того, чтобы тебе было немного интереснее играть, мы усложним тебе задачу. Ты согласишься на это дополнение.

— Хорошо, соглашусь, рассказывай.

Мама произнесла эти слова на автомате. Очень хорошо.

— В конце игры, когда карты будут у тебя на руках, я буду вычитать из твоего результата 1 очко и прибавлять 1 очко себе. При переборе с твоей стороны очки не вычитываются, а при 21 у меня мне не добавляются. Если в итоге выйдет ничья, то победа зачитывается мне. В остальном, как обычно. Также, я оставляю за собой право дважды за все 12 кругов перебрать карту на другую. Тебе понятны эти условия? Соглашайся!

Мама оторопела. Неудивительно. Не стоило быть гением, чтобы понять, что такие условия практически не оставляют ей шансов на победу, но когда я сказал последнее слово, гримаса удивления постепенно сошла с её лица и она успокоилась.

— Так я еще не играла, похоже будет интересно. А что я должна ставить?

Мама обернулась в сторону своей комнаты, где, похоже она держала свои наличные деньги.

— Нет, мама. Ставить ты должна только то, что есть при тебе — то немногое, что на тебе одето, ты можешь поставить на кон только один раз — дальше ты должна ставить на кон саму себя. Подумай, чтобы ты могла сделать для меня?

Она задумалась.
Постепенно, её лицо снова покраснело.
— Ты ведь не хочешь сказать, что...

— У тебя нет выбора, ты уже согласилась на игру.

Я взял её за руку и посмотрел в её глаза.

— Не бойся мама, я буду тебе подсказывать. И ты сможешь обсудить со мной очередное желание, если не захочешь выполнять его принципиально, ладно?

Она всё еще очень сильно смущалась, но когда я договорил она глубоко выдохнула, как-то печально улыбнулась и сказала.

— Ладно, Максим, раз ты так говоришь, то я не стану устраивать сцен. В конце концов, ты мой сын и я уверена, что ты меня не обидишь.

— Помни, мама, ты обязана играть и ставить все 12 раундов, чтобы не происходило.

— Помню, помню. — И потом, уже гораздо бодрее — Давай играть.

Я решил, что тянуть волынку больше не нужно. Мама любила играть в карты, и теперь она уже полностью расслабилась и облокотилась на спинку дивана. Я даже успел отметить один маленький, но забавный эпизод — когда мамочка усаживалась поудобнее её трусики слегка сползли по попке. Так ей должно было быть комфортнее, но вместо того, чтобы оставить всё как есть, мама наоборот подтянула их повыше, как я и сделал. Похоже, ей понравилось. Тем лучше.

Я разложил карты для первой раздачи. Я, разумеется, играл за банкира. На первой раздаче мне не слишком повезло. Валет и семь — 17 очков. С бонусом получалось уже не так уж плохо, но всё-таки. Надеюсь, еще одну карту брать не придётся. Я решил, что буду держать карты при себе, а её карты выкладывать.

Я положил перед мамой две карты. 6 и 8. Она не видит, сколько у меня и понимает, что 14 будет маловато. Поэтому, она взяла еще карту — 2 и еще — и да здравствует перебор.

Она вопросительно посмотрела на меня. Я быстро окинул её взглядом и понял, что хочу еще чуть дольше насладится видом в неглиже. Вместо того, чтобы сразу ей что-то говорить я встал и медленно подошёл к ней.

— Мам, мне очень жарко и некомфортно. Раздень меня. Это будет твоей первой ставкой. Ты окажешь мне эту маленькую услугу.

— Хорошо, раз ты так хочешь.

Она встала и принялась за дело. Сначала она стянула с меня футболку. Сняла и положила рядом с собой. Потом, немного смутившись, она села обратно на диван и начала расстёгивать ремень на моих брюках. Я решил немного поторопить её.

— Давай скорее, я не хочу стоять так целый час.

— Извини, я просто... У тебя такая защёлка сложная тут...

Она наконец-то справилась с ремнём, расстегнула пуговицу и ширинку. Слегка придерживая мои джинсы, она спустила их по моим ногам и дала мне из них выйти.

— Максим, может с трусами ты сам?

Спрашивала она, правда, без особой надежды.

Я решил не отвечать и просто взял её правую руку в свою и положил на резинку своих трусов. Ну и конечно-же я сделал это так, что она чуть ли не обхватила мой член ладонью. Мама поняла, что ей нужно закончить, и не стала медлить с тем, чтобы точно также, как и с джинсами аккуратно спустить трусы вниз и положить их в сторону. Когда она снимала их, я не преминул воспользоваться возможностью податься впёрёд и легонько коснуться стоячим членом её лица.

— Ой, извини что так вышло. Уверен, что с тобой всё в порядке.

— Да, Макс, ничего страшного.

На мне еще были носки, но я отстранил её, когда она потянулась за ними. Быстро стянул их и отбросил в сторону.

Теперь я стоял перед ней полностью голым и нисколько этого не смущался. Её это по идее тоже не должно было как-то задевать, но ситуация сильно отличалась от всего того, что обычно вкладывают в слова «Мать и сын». Лично мне показалось, что она слегка возбудилась.

Я вернулся в своё кресло и уселся, заложив ногу на ногу. Мне стало интересно, смогу ли я как-то повлиять на её восприятие ситуации.

— Ты сексуально возбудилась, когда увидела меня голым. Ты испытываешь ко мне влечение.

Я сказал это утвердительно и начал пристально наблюдать за её реакцией.

— Максим, я... Не хочу это обсуждать.

Ну, определённых успехов приказ достиг. Она снова покраснела и начала дышать немного чаще. Более того, мне показалось, что она теперь украдкой смотрит на мой член.

— Максим, давай продолжать.

Без проблем. Я раздал карты заново. Положил себе две карты, и с бонусом вышло двадцать очков. Мама подбирала карты осторожно и вдумчиво, но в итоге осталась на 18 очках, что для неё означало еще одно поражение. Она с лёгким вздохом отложила карты в сторону и стала ждать, что я скажу.

— Теперь я хочу, чтобы ты расслабилась легла на спину и немного поиграла со своими прелестями через бельё. — я избегал слова мастурбация — просто представь, что ты сама, закрой глаза и доставь себе удовольствие.

Увидев, что она собирается что-то возразить, я опередил её слова.

— Закрой глаза, ложись на спину, раздвинь бёдра и играй с собой. Это твоя плата в этом раунде нашей игры.

— Угу, сейчас.

Внушение сработало успешно и уже через секунду я наблюдал, как моя мама ласкает вагину через тонкую ткань трусиков, а другой рукой играет со своей грудью. Сначала, она делала это не спеша и как-то несмело, но уже через пару минут, её движения стали более быстрыми, а дыхание сильно участилось. Мама немного изогнулась спиной и уже почти-что трахала себя пальцами и сжимала соски. Я склонился над ней и с удовлетворением разглядел, что её трусики уже были насквозь промокшие. Пора бы остановить её.

— Не вздумай кончать! Пора играть дальше.

Она остановилась сразу же, но, похоже, была разочарована. Ничего страшного, немного потерпишь.

Когда она поправила причёску и снова села к картам, я уже всё разложил и с удовольствием обнаружил у себя на руках 21 очко. Мелочь, но приятно. Мама только-только потянулась за своими картами, как я остановил её и продемонстрировал свой расклад. Она приняла это как должное и выслушала следующее распоряжение.

— Подвинься ближе ко мне и немного поиграй с моим членом. Потрогай его, помассируй, такое...

— Просто потрогать?

Она не спорила и подсев ко мне стала делать что я сказал. Её прикосновения были нежными и лёгкими, она слегка поглаживала головку, потом проводила ладонью вниз и касалась яичек. Мне очень нравилось, если бы она делал всё немного интенсивнее, то я бы уже кончил, наверное, но пока-что надо сдерживаться. Вместо того, чтобы расслабиться и отдаться приятным ощущениям, я решил нарастить психологическое воздействие.

— Продолжай. Скажи, что ты обожаешь мой член и хочешь ощутить его в себе.

— Это так пошло... — мама на секунду остановилась, потом продолжила, отвернулась куда-то в сторону — Я обожаю твой член, Максим — пауза — я хочу ощутить его в себе...

Боже, как же это классно, слышать такое от неё. Мой прибор стал пульсировать от каждого её прикосновения. Не став давать самому себе поблажек, я сказал ей повторить свои слова, но только глядя мне в глаза. Мама выполнила моё требование, и при этом говорила с придыханием, что мне показалось, будто она действительно всего этого хочет. Потом, я остановил её руку и указал на карты. Еще до того, как я начал раздавать, мама громко и уверенно сказала.

— Ставлю на кон всю одежду, что сейчас на мне.

Голой я её уже видел, да и не хотелось пока-что лишать себя этого замечательного вида её ножек в кружевных чулочках.

— Давай так, если ты проиграешь, то сможешь остаться до конца игры в чулках, но взамен я сам сниму с тебя всё остальное и снова немного потрогаю там, где захочу?

Предложение не в её пользу, но тем не менее, её сознанию показалась заманчивой перспектива не оставаться передо мной совсем голой, и поэтому после коротких раздумий, мама кивнула головой и зачем-то добавила:

— Ну, если проиграю, то хорошо.

Я улыбнулся. Даже если оставить в стороне твои скудные шансы на выигрыш (ведь, даже если я сильно переберу, то всё равно смогу поменять карту хотя-бы дважды), то эта ставка уже подтверждена и перейдёт в новый круг. Но это не понадобилось. Моя комбинация составила девятнадцать очков, а она перебрала аж три очка.

Не говоря ни слова, она встала и подошла. Я тоже поднялся, приобнял её со спины и потянул за завязку на её розовом лифчике. Узелок развязался легко и быстро, и развязанный бюстгальтер остался в моей правой руке. Решив не церемониться, я отбросил его в сторону, и мама грустно проводила его взглядом. После этого, я решил уделить немного внимания освобождённым сиськам и немного помял их обеими свободными ладонями. Это было приятно, её грудь была достаточно большая, чтобы не помещаться в моих ладонях полностью. Я дал себе волю и потискал их как следует. Потом, я слегка наклонился, и занялся маминой задницей. У моей мамочки упругая попка и это классно. Запустив обе руки вдоль её бёдер под резинку, я потянул трусики вниз как вдруг услышал.

— Не бросай их на пол, это мои любимые, а на полу давно не пылесосили.

Разумеется, мне не было особого дела до её просьб в этот момент, но это еще один фактор на котором можно было сыграть, и я на словах согласился с ней.

— Хорошо, но ты должна быть очень хорошей девочкой. Расставь ножки и слегка наклонись, чтобы мне было удобно заняться твоей промежностью. Иначе, поступлю с твоим бельём как захочу. Мама тут же безропотно послушалась и встала немного шире.

Я спустил трусики до её коленок — теперь они были растянуты между её ног, как эластичная резинка. Решив не медлить, я запустил пальцы аккурат ей между ног. Левой рукой я раздвинул ей половые губы, а три пальца правой сложил вместе и засунул мамочке во влагалище.

— Не надо... Так глубоко...

Зачем мне её слушать теперь. Будет так, как захочу. Я продвинулся еще глубже и мои пальцы погрузились в её лоно почти на всю длину. Мама теперь только постанывала и больше ничего не говорила. Я немного подвигался там и решил, что пока-что хватит. Вытащив руку наружу, я обратил внимание на то, что вся моя ладонь выпачкана в её естественной смазке. Лёгким движением я развернул женщину к себе сунул ей правую руку под нос и сказал.

— Это ты меня запачкала, ты и исправляй. Вылижи мои пальцы досуха.

Мама попыталась воспротивиться.

— Это не входит в условия ставки!

— Входит и ещё как! Не хочу запачкать карты твоими выделениями. Давай, сделай это и продолжим.

Женщина что-то пробормотала себе под нос, но взяла мою руку и обсосала все пальцы по очереди. На моей коже еще оставалось немного слюны, но я тупо вытер её об трусики, которые всё-таки снял с маминых ножек. После этого, я вручил их ей.

— Ты меня очень сильно возбуждаешь. Если проиграешь сейчас, то как следует обслужишь моего «друга» при помощи этих трусиков.

После моих слов мама так и осталась стоять со своим нижним бельём в руках, поэтому я усадил её на место и раздал карты.

На этом кругу мама собрала очко (для неё это только 20, но это серьёзно) и мне удалось её обыграть только благодаря кабальным правилам с бонусами и ничьёй (у меня в итоге вышло тоже 20 очков). Я просто указал ей жестами на свой стояк и облокотился в кресле.

— А может я просто так тебе подрочу?

О, она сказала это!

— Нет, я хочу именно так. И раз это твои любимые, то я хочу, чтобы ты постаралась.

— Ну ладно, наверное...

Больше она ничего не спрашивала и просто приступила к процессу. Я посадил её перед собой на коленки, она обернула шёлковую ткань вокруг пениса и стала усердно его надрачивать. Делала она это очень сосредоточенно, полностью увлекаясь процессом. Я подался торсом вперёд и увидел, что её бёдра просто блестели от выделений.

— Так нормально? Или немного сильнее?

— Отлично, мам, да-а-а-а-а, просто супер.

Учитывая мой уровень возбуждения, я стремился к кульминации. В последний момент я перехватил её руки и закончил самостоятельно. Сперма залила трусики, а несколько капель брызнули маме на лицо. Она не обратила внимания, а вместо этого попыталась забрать свои трусы у меня. Я оттолкнул её в сторону и специально вытер остатки спермы с члена сухой тканью.

— Не смей больше так делать. Я буду пользоваться твоей одеждой так, как мне захочется. Поняла?

— Да, но... Зачем было это делать?

Её глаза смотрели на меня умоляюще.

— Извиняйся!

— Прости, Максим, я больше не буду тебе мешать.

Я решил довести дело до нового уровня.

— Одних слов недостаточно! За то, что ты чуть не помешала закончить так, как я хотел ты должна понести наказание. Соглашайся!

— Да, должна!

Похоже, она действительно признавала свою «вину». И я решил дожать.

— Сейчас ты сделаешь как я скажу. И раз уж ты так беспокоишься об этих трусиках — я указал на перепачканные в сперме полоски кружевной ткани — то я оставлю их при тебе. Я засуну тебе их в рот на манер кляпа, ты встанешь раком и я как следует тебя отшлёпаю. Будешь мешать мне — получишь дополнительные шлепки.

— Стоп, ты хочешь побить меня? — мама недоумевала.

— Всего лишь небольшая порка, не будь глупой, ты заслужила — она всё еще стояла передо мной на коленях — давай, открой ротик!

Я скомкал мамины трусики в один комок, стараясь не перепачкаться в собственной сперме и запихнул в её открытый рот. На всякий случай, я слегка сжал её челюсти, но она приняла наказание и не сопротивлялась. Несмотря на то, что трусики были небольшие, они не поместились полностью у неё во рту и немножко ткани высовывалось наружу. Когда я проталкивал их ей в рот, она слегка закашлялась, но теперь, похоже, всё было нормально. Я слегка подтолкнул маму в сторону дивана и она подчинилась. Теперь её большая задница была полностью у меня на виду.

Я размахнулся и влепил ей смачный шлепок. Она что-то промычала и слегка задёргалась, но отстраняться не стала. Похоже помнила, что за сопротивление будет получать дополнительные шлепки.

Раз за разом я лупил её по ягодицам, а она только мычала что-то невразумительное (рот занят импровизированным кляпом) и дрожала. Не знаю точно, сколько раз я её шлёпал, просто лупил пока не надоело. К этому моменту вся её задница раскраснелась от моих грубых прикосновений и шлепков. Наверное, это больно. Я сказал ей повернуться.

Из её рта текла слюна, а из глаз протянулось две тонких дорожки от слезинок. Я сказал ей вытащить трусики изо рта и решил закрепить эффект.

— Тебе понравилось то, как я наказал тебя, и тебя это возбудило. Ты благодарна мне за наказание и больше не будешь вести себя так, как мне бы не понравилось бы. Выскажи это вслух.

— Спасибо за урок, Максим. Я буду вести себя хорошо.

Мама вытерла слёзы и отложила уже полностью перепачканный комок ткани в сторону. В этот момент она посмотрела на свои бёдра и достаточно бодро спросила.

— Я вся перепачкалась, можно мне на 5 минут в душ? И... Я сделаю всё что скажешь, если проиграю потом.

Мне настолько понравилась её податливость, что я не стал перечить.

— Да давай, но я помогу тебе помыться.

На одно мгновение мне показалось, что сейчас она начнёт что-то перечить, мол нельзя заходить в ванную, когда там моется другой человек, но мама просто улыбнулась и сказала.

— Без проблем, как хочешь.

После этого она встала и пошла мыться. Я посмотрел на часы и увидел, что у меня осталось немногим больше двух часов. Надеюсь, мне хватит времени, чтобы окончить эту игру.