Эротические рассказы

на сайте более 34 000 рассказов

Исповедь нимфоманки. Часть 2

Это случилось в далеком 1992 году, но тот вечер я помню во всех подробностях, в тот вечер я поняла очень многое, мой мир и мои устои перевернулись, и то, какой жизнью я живу сейчас, в настоящем, я, без всякого сомнения, обязана тем событиям, свидетельницей которых я стала тогда. Именно поэтому я не могу не рассказать вам как все началось.

Наша семья состояла из трех человек: папы, мамы и, собственно, меня. Мы жили в отдельной двухкомнатной квартире, одну комнату занимала я, другую родители. Отношения между моими родителями были вполне нормальными, короче, мы были обычной среднестатистической семьей. К тому времени мне уже исполнилось 18, хотя очень многие вещи из интимной части жизни оставались для меня загадкой.

Но моя киска уже отлично намокала при мыслях о сексе, я уже часто представляла, как занимаюсь сексом с мужчиной, и регулярно мастурбировала. Хотя, регулярного опыта у меня тогда еще не было, все ограничивалось потерей девственности и парой спешных перепихонов с одногруппниками, но это совсем другая история.

Так вот, вернемся к тому памятному вечеру. Дело было в мае месяце, стояла по-летнему теплая погода. Была пятница. В тот день, как обычно, придя из института, я пообедала и занялась какими-то своими делами, которыми обычно занимаются девушки в этом возрасте. Родители вернулись домой где-то около девяти часов вечера в компании с каким-то мужчиной.

— Привет, доча, — отец хлопнул меня по плечу. — Вот, познакомься, это дядя Паша, мой приятель по работе.

— Здорово, — хохотнул усатый здоровяк дядя Паша и протянул мне руку. Я пожала ее. «Ни фига себе силища. Такими руками подковы гнуть», — подумалось мне, пока я с интересом разглядывала нашего гостя. И это было сущей правдой: папин приятель был высок, широкоплеч и производил впечатление богатыря.

— Дочур, извини, мы задержались немного, — мама чмокнула меня в щеку. — Сейчас пойдем ужинать. Я посмотрела на маму: она была явно в хорошем настроении и широко улыбалась. Ее пышные светлые волосы рассыпались по плечам, на ней были надеты джинсы, которые обтягивали ее слегка полноватые бедра и джемпер с высоким воротом. Мама потрепала меня по волосам, папа же в этот момент чуть приобнял жену за талию и подтолкнул к кухне:

— Неплохо бы перекусить, а то сейчас умру с голоду.

Через какое-то время мы уже ужинали за столом. Мама всегда готовила отлично, и ужин явно удался. Взрослые пили принесенное с собой вино, я наслаждалась пепси-колой. Дядя Паша оказался большим шутником, и весь вечер веселил родителей и меня. За окном окончательно стемнело, мама уже переоделась в домашний халат, все расслабились, была открыта еще одна бутылка вина, когда отец, взглянув на часы, произнес:

— Ого, уже двенадцатый час. По-моему кому-то пора спать, — и подмигнул мне.

Пожелав всем спокойной ночи, я отправилась к себе в комнату, разделась и легла спать. Но сон, почему-то не шел. Я вертелась с одного бока на другой, но никак не могла уснуть. Прошло уже, наверно, не меньше часа, когда я встала и вышла на балкон. Была теплая майская ночь, где-то вокруг горели окна, город, наполненный звуками, медленно затихал и ворочался в своей берлоге, готовясь ко сну. Я дышала свежим, на сколько это может быть возможно в мегаполисе, воздухом надеясь, что это поможет мне скорее уснуть.

Надо сказать, что в нашей квартире выход на балкон был не только из моей комнаты, но и из комнаты родителей, и сейчас там горел свет. Мне, вдруг, стало интересно, и я решила заглянуть: чем же заняты родители в столь поздний час. Страха что меня заметят, не было, на улице было уже достаточно темно, а, как известно, из освещенного помещения в темноту ничего не видно.

Я осторожно подошла, стараясь издавать поменьше шума, и посмотрела через окно. Занавески не были задернуты, а через тюль комната прекрасно просматривалась. То, что я увидела повергло меня в состояние шока.

Папа и дядя Паша сидели в просторных креслах, стоящих вокруг круглого столика и потягивали из бокалов вино. Они сидели ко мне почти спиной. Мама стояла посреди комнаты прямо пред мужчинами, также спиной ко мне. Ее наряд то меня как раз и поразил: на ней была надета юбочка, настолько короткая, что даже до конца не могла скрыть белых трусиков, которые обтягивали мамину попу. Причем трусики явно были меньше нужного размера, настолько плотно они облегали ту часть тела, которую я могла видеть. Широкие мамины бедра и попа с небольшими признаками целлюлита, которую нельзя было назвать толстой, но крупной и, судя по всему, мягкой, были очень соблазнительны. Также на маме была маячка на тоненьких лямках, облегающая и поддерживающая большие груди, которые старались выскочить наружу, настолько сильно были они сжаты тканью. Волосы у моей родительницы были собраны в пучок и заколоты почти на самой макушке. Довершали картину маминого наряда замшевые сапоги — ботфорты на высоком каблуке, которые доходили до середины бедер.

Мама стояла чуть присев в коленях и уперев руки в свои колени. Ее зад был выпячен, и она двигала попкой из стороны в сторону прямо на глазах у отца и дяди Паши. Мой мозг отказывался верить в реальность происходящего, настолько развратна была сцена, открывшаяся моему взору. Но в то же самое время это было как-то сладко и притягательно, как любой запретный плод, мысль, что моя мама способна одеваться как модели из порно-журналов, которые мне иногда доводилось видеть, что на это смотрит не только отец, но и еще чужой мужчина, заставила кровь прилить к моему лицу. И не только. Я почувствовала, как горячая волна прокатилась по моему телу, наполнив тяжестью низ живота, как моя щелка увлажняется в трусиках, ноги мои словно стали ватные, колени были готовы подогнуться, какая-то слабость наполнила конечности. Сейчас я понимаю, что это был тот самый момент, который определил мои сексуальные пристрастия на всю оставшуюся жизнь, то тогда я испытала лишь острейшую смесь возбуждения, стыда и страха, падая в океан похоти, из которого не могу выплыть и по сей день. Да и не очень то и хочу =)

Я запустила руку себе в промежность и провела по ней. Пизденка, и вправду, была горяча и влажна, я не спеша погрузила средний пальчик между половых губ и, чуть сгибая его, стала ласкать себя. Сдерживая стон, я прислонилась к стене возле окна, стараясь не упустить ничего из того, что происходило в комнате.

— Иди сюда, лапуля, — вдруг сказал папа, поставив свой допитый бокал на пол около кресла, и призывно махнул маме рукой. Мама медленно повернулась к нему, кокетливо улыбнулась, провела ладошками по своим грудям, по животу и, покачивая бедрами, направилась к мужчинам. Дядя Паша тоже залпом допил вино, поставил бокал на пол и положил руку на бедро подошедший маме. Она же, продолжая плавно двигаться и стреляя глазами то на одного, то на другого, забралась на столик, вокруг которого сидели мужчины. Встав на карачки, мама, снова сексуально оттопырила задницу в сторону дяди Паши, который оказался сзади от нее, и поцеловала взасос папу, сидящего прямо перед ней. Папин приятель начал щупать мамины ляжки, попу. Его руки скользили по ногам, опускаясь к коленям, затем, поднимаясь наверх, гладили бедра, трусики, забирались дальше под юбку.

Затем он начал не только гладить, но и мять мамины прелести, на что она ответила повиливанием зада. Папа продолжал целоваться с мамой, запуская свой язык ей в рот. Их языки встречались, через открытую форточку было слышно, как чавкают их губы.

Я уже просто потеряла дар речи. Со мной это было в первый раз в жизни. Я не ожидала, что моя мать может быть столь похотлива, что мои родители предаются таким утехам. Это возбуждало круче порнухи, которую я видела как-то у своей подружки. И все это происходило в каких-то двух-трех метрах от меня.

Мама начала одной рукой расстегивать папину рубаху и ласкать его плечи. Папа же, в свою очередь, начал мять мамину грудь, он то тискал ее, то поглаживал. В конце концов, он стянул лямки с маминых плеч, сдвинул майку на живот и освободил сиськи, которые качнувшись, вывалились на свободу. Они были большие, мясистые, чуть отвисшие, но не потерявшие форму, с большими коричневыми кружками сосков. Папа взял их в руки, словно взвешивая, сжал, как будто хотел вдавить внутрь и отпустил, наслаждаясь тем, как они опять качнулись. Дядя Паша же, вдруг, смачно хлопнул маму по заднице, и начал вылизывать мамины половинки попы. Его язык гулял по жопе туда-сюда, руки продолжали гладить и мять маму через трусы, иногда он проводил между ног. Маме это явно доставляло удовольствие. Она вздрагивала и шевелила задом.
Дядя Паша окончательно задрал ей юбочку, резко стянул с мамы трусики вниз, так что они сползли на голенища сапог до уровня колен, и зашевелил языком прямо между половинок попы. На маминой заднице оказалась татушка: на обеих половинках был красиво нарисованный бант с кружевами. Мама охнула, еще больше выгнулась, оторвалась от папы, посмотрела назад:

— Да, вылежи мне там все, отшлепай меня, — я не узнала мамин голос, столько в нем было разврата.

Мама расставила ноги пошире и вздрогнула задом, отчего бант как будто зашевелился. Дядя Паша стал пощипывать и похлопывать жопу и продолжал лизать, подбираясь к маминой пизденке, которая виднелась между ляжками. На мгновение, оторвавшись от мамы и лизнув свой указательный палец, дядя Паша запустил его между маминых половых губ.

— Классная соска, сочная и аппетитная.

— А я что тебе говорил, — улыбнулся папа, встал, скинул с себя рубаху, — а ты, дорогуша, сейчас отсосешь, — это уже было сказано маме.

Она молча расстегнула ремень на отцовских брюках, затем ширинку и спустила их вниз вместе с трусами. И тут я увидела папин хуй, который еще не набрал всей своей силы, но был уже немал. Он был гладко выбрит, как и лобок с мошонкой, там не было ни одного волоска. Член смотрел прямо в лицо маме, его темноватый ствол прямо на глазах стал удлиняться и крепнуть, когда мама стала ласкать внушительного размера яйца, висящие между папиных ног.

Она чуть приоткрыв рот, взялась рукой за основание папиного члена, легким движением оголила головку, высунула язычок и, двигая по нему хуй, отправила его в рот. Затем последовало обратное движение, мамин язычок прошел вокруг залупы, рука закрыла и вновь оголила головку, и снова погружение в рот. С каждым разом папин болт становился все мокрее и мокрее от маминых слюней и рос прямо на глазах. Порой, когда мама вытаскивала его изо рта, между ее губами и головкой члена повисала слюнявая паутинка. Время от времени мама начинала вылизывать ствол и яйца, быстро гуляя языком по папиному херу, а после снова проглатывала хуй, который уже торчал как кол, набрав всю свою длину и ширину. Мама же вводила его в себя почти до самого основания, то подрачивала, лаская язычком головку, то облизывала, то снова всасывала в себя, не забывая двигать своей подрагивающей попкой, которую теребил и лизал дядя Паша.

Я смотрела на эту оргию, и уже практически ничему не удивлялась. Мои родители открылись мне с такой вот стороны, но это меня нисколько не отталкивало, а скорее, наоборот, притягивало. Возбуждение накрыло меня с головой, я мало что соображала, хотя и понимала, что через какое-то время они вдвоем будут ебать мою маму, и от этой мысли душа одновременно и холодела, и пылала, и уходила в пятки, а моя пизденка начинала пульсировать. Я с нетерпением ждала этого момента, и стоя у окна, продолжала наяривать в своей пизденке.

Мама же, вдруг, выпустила из рук папин член, так что тот с чавкающим звуком выскочил из ее рта, и освободившейся рукой провела у себя между ног. Потом еще раз, затем ладошкой прикрыла половые губы, которые пальцем ласкал дядя Паша, как бы выталкивая его от своей пуськи. Дядя Паша сперва отстранился от маминой щелки, улыбнулся, и хлопнув двумя руками по тому месту, где был бант, раздвинул мамины булки, и его язык снова забегал по ее жопе. В это время, папа одной рукой взял свой хуй за основание и направил его в моей мамке прямо в рот, а другую положил ей на затылок. Она подстроилась и заглотила член до самых яиц, по длине он, должно быть, дошел до горла. Папа начал двигать тазом, и получилось, что он трахает маму в рот. Иногда было видно, как он упирается в щеку, оттопыривая ее. Это был уже не минет, а именно ебля в рот.

Мама теребила рукой свой клитор, с мычанием и охами заглатывала хуй, дядя Паша уже терся через штаны об мамин зад свои членом. Наконец, папа вытащил член из маминого рта, погладил ее по шейке:

— Пошли ляжем, так удобнее будет, — папа, приобняв за талию, потащил маму по направлению к широкой двуспальной кровати. — Кстати, Паш, давай, раздевайся, ты — следующий.

Они подошли к кровати, и пока дядя Паша сбрасывал с себя рубашку и джинсы, папа стянул до конца мамины трусы, которые оставались у нее полуспущены, снял юбочку, и, поглаживая по попке, начал подталкивать к дяде Паше. Тот уже скинул всю одежду, и теперь стоял перед мамой с оттопыренным членом. Он действительно, был похож на богатыря: мощные плечи, накаченные руки с большими бицепсами, сильное мускулистое тело. Хуй у дяди Паши был немного длиннее папиного, но значительно толще. Мама улыбнулась, и, обняв его за шею, провела ладонью сперва по яйцам, а потом и по самому члену, промурлыкала:

— Классный болт. Олег, где нашел такого жеребца? Я тебя хочу, — и, глядя на Пашу, провела язычком по своей губе. — Мне обещали, что у тебя есть чем удивить девушку, но такого я не ожидала.

Дядя Паша лег на кровать, широко расставив ноги, папа же опять подтолкнул маму в спину, так что она, плюхнувшись вниз, приняла колено-локтевую позу. Ее голова оказалась возле дяди Пашиного паха, попа была отклячена выше головы. Мама тут же схватилась за член приятеля отца, начала его облизывать, другой рукой лаская его мошонку. Паша, чуть привстав, дотянулся до маминых сисек, и стал их мять и тискать. Мама с таким напором, подрачивая, втянула в себя хуй, что дядя Паша застонал и откинулся назад:

— О, ни хуя себе, вот это отсос.

— Да, старик, это лучший минет, который ты сможешь найти в этой жизни, — папа уже пристраивался у маминого зада. Его член блестел от влаги после маминого рта. Мамина голова ходила вверх-вниз, рот был широко открыт, чтобы принять столь толстый Пашин хуй, периодически она вынимала его изо рта, плевала на член, затем растирала влагу по стволу, и немного вздрочнув, снова насаживалась на этого монстра. Иногда она шлепала себя членом по высунутому языку или по щекам, или просто, схватив хуй, мотала им из стороны в сторону, явно наслаждаясь ощущением его тяжести в своих руках. Дядя Паша стонал, двигал бедрами, тискал мамины волосы и плечи.

Папа, поудобнее пристроившись к маме, чуть разведя ее ноги, чтобы каблучки сапог не мешали ему, начал водить головкой своего члена по маминой пизде, лаская ее половые губы. Мама качнула задом, еще больше выпятив его, бант чуть раздвинулся, открывая мамину пуську до конца. Папа двинул вперед телом и головка погрузилась в, также гладко-выбритую, пизду. Мама вскрикнула, на чуть-чуть оторвалась от отсоса, и снова заглотила хуй. Затем движение назад, снова вперед и батин член введен уже на треть длины: так плавно двигаясь, папа постепенно засадил на всю длину. И начал трахать маму, выводя свой хуй почти полностью и впихивая его до основания. Его огромные яйца по инерции летали то взад, то вперед. Отец начал ускоряться, мама, ловя его ритм, стала подмахивать ему, каждая фрикция сопровождалась хлопком папиного лобка по маминой жопе. Папа стиснул руками мамин зад, мял его и продолжал долбить мать, которая стоя раком ни на минуту не переставала сосать у дяди Паши.

Я уже мастурбировала свою щелку, которая текла как водопад. Я смотрела, как в мою маму входят сразу два члена, как это ей нравиться, как отец жарит ее сзади, как она сосет. Моя мать была как шлюха, она была ебливой блядью, это возбуждало до неимоверности. Я яростно двигала пальцем у себя в дырке, с легким влажным хлюпаньем ебя себя, пока не кончила с тихим и протяжным охом. Но возбуждение не прошло, а сама я не могла оторваться от того, что вытворяли мои родители.
— А-а-а-а-а, о-о-о-о-о, да-а-а-ааа, — мама начала уже стонать довольно громко, судя по всему, ебущий ее папин член доставлял ей огромное удовольствие. Она уже, даже, не могла сосать у дяди Паши, просто уткнувшись лицом куда-то ему в пах, и хаотично гладя его берда. Приятель папы крепко прижал своей мощной рукой мамину голову к своему лобку и сам начал дрочить свой хуй.

— Давай, вжарь ей, порви ее, — бросил он отцу, — засади ей поглубже.

— Да, блядь, да-а-а-а-а!!! О-о-о-о, а-а-а, бля-я-я-я-дь, еще, еще-е-е-е, м-м-м-м, а-а-а-а-а, — мамины стоны не прекращались, ругательства, срывавшиеся с ее языка, похоже, заводили мужчин еще больше.

Мама уже вся тряслась, ее жопа каждый раз дергалась навстречу погружающемуся в нее фаллосу. Папа несколько замедлил темп фрикций, но при этом стал загонять свой член более резким движением, сопровождая каждый ввод хлопком по одной из половинок маминой задницы. Жопа колыхалась и подрагивала, но она все равно успевала подмахивать отцу. Мама заскребла ногтями по телу дяди Паши, и тот ее отпустил. Она поднялась на прямые руки, и оглянулась назад на не останавливающегося папу:

— М-м-м-м, да-а-а-а, а-а-а-а, — теперь от каждого толчка мамины сиськи подпрыгивали вверх и качались из стороны в сторону. Вдруг папа, вытащил член и напоследок еще раз приложился ладошкой по маминой филейной части. Мама выпрямилась, оставаясь стоять на кровати на коленях, подхватила свои набухшие от возбуждения титьки, с отвердевшими крупными сосками, и начала их поглаживать.

Тем временем, папа забрался на постель, а дядя Паша, напротив, перебрался на пол. Папа сел, подогнув под себя пятки, а мама легла на спину, положив голову ему на колени. При этом мамина попа была на самом краю кровати, а ноги на высоких каблуках стояли на полу. Дядя Паша встал между маминых ног на колени, мама приподняла ноги и развела их в стороны так широко, что получился почти шпагат. Такой гибкости от своей мамы я просто не мог ожидать. Дядя Паша сперва гладил мамины ноги, лобок, затем начал лизать промежность, тискать попу, бедра. Его язык проникал внутрь маминого влагалища, затем перекидывался на бедра и низ живота, на области вокруг пуськи, и снова ласкал набухшие от папиной ебли губки и клитор. Он вылизывал маме пизду, погружая язык внутрь, всасывал в себя губы и клитор, затем начал помогать себе пальцем, запихивая его в маму и крутя им во влагалищу. Это продолжалось довольно долго, мама стала извиваться, стонать, начала сводить ноги, и тогда папа подхватил маму под колени и прижал к бокам. Мамина жопа поднялась чуть выше, и теперь дядя Паша имел возможность лизать не только мамину пизду, но и ее анус. Его язычок прошелся по анальной дырочке. Уже вся мокрая, мама не в силах больше ждать, простонала:

— Трахни меня, трахни прямо сейчас, — папа тут же отпустил мамины ноги.

Дядя Паша встал, его член продолжал все это время стоять, словно он был сделан из дерева. Мужчины улыбнулись, затем дядя Паша откуда-то из одежды, валяющейся на полу, достал презерватив и протянул его маме. Она же с легкостью вскрыла упаковку, достала гондон и умелыми движениями надела его на дяди Пашин болт, после чего снова откинулась и легла головой на папины колени.

В этот момент я уже во всю мастурбировала снова. И меня накрыла волна оргазма. Было даже немного больно от перенапряжения во влагалище. До этого я никогда не кончала два раза подряд, и не дрочила себе так долго, обычно мне хватало лишь несколько минут, чтобы испытать оргазм, хотя уже позже я узнала что на самом деле должно называться оргазмом.

Дядя Паша взял тюбик со смазкой, обильно смазал свой член поверх презерватива, пристроился к маминой дырке и начал с нажимом медленно вводить свой болт в маму. В отличие от папы, он не совершал возвратных движений, а просто с силой давил, в результате чего его хер погружался во влагалище. Мама охнула, дернулась, попыталась обхватить папу руками, но он крепко схватил ее за запястья, прижал ее ладонями к ее же сиськам и зафиксировал в таком положении. Мама выгнулась, зашевелила бедрами, но дядя Паша и тут зафиксировал ее. Наконец, спустя пару минут, хуй вошел в мамину пизду до конца, мамино влагалище растянулось, приняв в себя такой толстенный болт, дядя Паша подождал какое-то время, пока мамина пуська не привыкнет к его размеру, а затем начал совершать своим членом круговые движения, как будто хотел еще больше расширить проход для своего монстра.

Потом движения стали обычными, вперед-назад, но не очень спешными. Но по мере того, как мамина пизденка привыкла к Пашиному члену, движения становилась все быстрее и быстрее. Он схватил маму за лодыжки, развел их настолько, насколько хватало ширины рук, и в таком положении пялил мою маму.

— Бля-я-я-я-я, — мама пыталась извиваться, но была крепко прижата мужскими руками к постели.

Толстенный хуй входил по скользкой смазке в мамину пизду, ворочался внутри, вылезал наружу, и снова с хлюпаньем погружался внутрь. Яйца били маму по вспотевшей жопе, мамина дырка уже текла, естественная смазка смешивалась с искусственной.

— А-а-а-а-а-а, ааа, а-а-а-а-а-а, — мама уже почти кричала, оттягивали носочки ног, мяла свои груди, билась головой о папины колени. Тогда папа встал и раздвинул ноги, так что мамина голова оказалась под ним, и медленно опустил свою мошонку маме на лицо. Та заглотила папины яйца и начала их обсасывать, и на время перестала кричать, лишь мычала и стонала. Папа начал двигаться, водя своими причиндалами по маминым губам и языку, которым она то подлизывала качающие перед ней яйца, то брала их в рот, папаня отпустил мамины руки, а сам шевелил своим аппетитным задом над лицом лежащей мамы, его мошонка с тяжелыми здоровенными яйцами отвисала вниз, одной рукой мой родитель гладил мамины дойки, жестко сжимая их, второй рукой он вальяжно, не спеша подрачивал свой туго стоящий елдак. Мамуля затихла, лишь ее сопение раздавалось из под папиной промежности, которую начала ласкать мама левой рукой, просунув ее папа между ног, но когда дядя Паша ускорился, то она вновь заголосила.

— А-а-а-а-а, да-а-а-а, бля, еби-и-и-и, еби-и-и-и-и-и-и-и меня, — это было уже очень громко. зажал ей рот, мама, почувствовав свободу выгнула спину, ее сиськи задергались в такт вхождениям члена в нее. Какое-то время маму трахали с зажатым ртом, но потом папа схватил валяющиеся тут же мамины трусики и, скомкав, засунул их жене в рот, а сам чуть привстав, в одну руку взял свой хуй и начал хлопать им маму по лицу. Другой же рукой начал тискать прыгающие сиськи. С таким кляпом ебля продолжилась: лишенная голоса, мама лишь тихо повизгивала и стонала, пыталась вилять бедрами, мотала головой. Это продолжалось где-то минут пятнадцать-двадцать, пока дядя Паша не вытащил свой болт, сорвал с него гондон и задрочил. Папа сразу отпустил маму и тоже начал наяривать свой член. Мама не стала сводить ноги, потянулась, вытащила изо рта трусы, села и схватила дядя Пашу за хуй и направила его себе на лицо. Он продолжал его дрочить у основания, мама же ласкала головку, иногда помогая себе языком. Другой рукой мама тискала папин хуй.

Я тоже дрочила, чувствуя что вот-вот оргазм придет снова. Только что, став свидетелем того, как маму выебал чужой мужчина, а папа еще и помогал ему в этом, я буквально за пол часа переосмыслила очень многое. Теперь секс не казался мне чем-то запретным и постыдным, я тоже хотела ебаться с кем хочу, не оглядываясь на нелепые условности и предрассудки, и дала себе зарок, что обязательно стану как мама, что смогу всегда заполучить любого самца, которого захочу.

Мама продолжала обрабатывать сразу два мужских члена, беря в рот то один, то другой. Вот дядя Паша издал протяжный стон, закинул голову назад, мама открыла рот, высунув язык, и член выплюнул из себя мощный заряд спермы прямо маме в открытый ротик и на язык. Белая субстанция заполнила мамин рот, часть она сглотнула, остальное потекло по подбородку. Снова открыв рот, родительница не прекращала дрочить хуи, и тут дядя Паша выдал вторую порцию семени. «Выстрел» пришелся маме в лицо, сперма потекла по лицу, по щекам, что-то снова попало в рот. Она облизывалась и повернулась к папе. Дядя Паша начал шлепать маму членом по сиськам, разбрызгивая остатки по телу.

Тут кончил и папа, его «заряд» пришелся маме в щеку и на волосы, спермы было так много, что лицо почти все было покрыто стекающей спущенкой. Мама погрузила член в рот, высасывая и сглатывая остатки, развратная телка, в которую превратилась моя мама, откинулась чуть назад, кокетливо взглянула на мужчин и улыбнулась. Ноги у нее были по-прежнему широко разведены, и ее наебашеяся пизда была хорошо видна. Проведя языком по губам, испачканным спермой, она сняла рукой с волос часть семени и облизнула свои пальчики. Глотать сперму ей, явно, очень нравилось.

Папа и дядя Паша в четыре руки, как могли, очистили мамино лицо от последствий семяизвержения, размазав сперму по маминым титькам, животу, бедрам. Мама потянулась, подняв руки вверх, затем подхватила свои груди, подкинула их, так что они немного покачались:

— Понравилось? — в ее голосе чувствовались игривые нотки.

— О, ты классная, Мариночка, — дядя Паша расплылся в улыбке.

— Давай, сбегай подмойся, а мы пока перекурим, — папа погладил мамину сиську. — Только не долго.

Мужчины направились к балкону, и мне пришлось спешно скрыться у себя в комнате, правда, дверь я оставила чуть приоткрытой. Мои трусы спереди были мокры от выделений, рука, которой я мастурбировала почти добрый час липкая, а щелка, хоть и не текла больше, но вся горела. Клитор был набухший от дрочки, я замерла и вся превратилась в слух. Было слышно, как открылась дверь из комнаты родителей, затем на балкон вышли папа и дядя Паша. Щелкнули зажигалки. Какое-то время они курили молча, лишь изредка бросая друг другу короткие фразы.

— Ну, как, ты готов еще на один раунд? А то Маринка у меня ненасытная, только во вкус вошла, — донеся до меня голос отца.

— Да не вопрос, — хохотнул дядя Паша.

Послышалось шлепанье босых ног, и на балкон вышла мама. Я аккуратно выглянула из темноты своей комнаты, но все равно ничего не могла увидеть, а высовываться дальше боялась. Переведя взгляд чуть в сторону, я увидела, что мужчины и мама видны мне через отражение в стекле балконной двери. Юркнув за занавеску, я снова начала наблюдать. Мама сняла с себя свои сапоги-шпильки и была теперь абсолютно голой. Она была очень красива, и я поймала себя на мысли, что возбуждаюсь глядя на нее, на откровенную сексуальность взрослой женщины, которая ничуть не смущаясь, стоит голой на балконе посреди многомиллионного города рядом с любовниками, дравшими ее всего каких-то пять минут назад. Меня заводил вид голой мамы, этой самки, которая сосет, трахается, забавляется с двумя мужчинами, позволяет обращаться с собой как со шлюхой, но при этом остается полна достоинства и женственности, уверенна в себе. В ту ночь родная мать, вызвав сексуальное желание к себе, как к женщине, создала образ Женщины, на которую я стараюсь быть похожей всю свою жизнь.

— Мальчи-и-и-ки, — промурлыкала мама, обнимая одной рукой дядю Пашу за шею, а другой папу за плечи, — дайте закурить. Папа вытащил сигарету, Паша щелкнул зажигалкой. Облокотившись на парапет, мама затянулась, выпустила струю дыма и спросила: — Кто готов еще потрахаться? — мама снова затянулась. — Ебари еще остались?

Дядя Паша положил руку на мамину жопу, поводил верх-вниз, и раздвинув булки, ребром ладони потер анус.

— Я бы тебе в бантик бы засадил, — папин друг развернулся к маме, двумя руками начал мять мамину попку, затем раздвинул ягодицы. Его палец затеребил сперва мамину пуську, затем и анальное отверстие. Мама привстала на цыпочки, встала ногами немного шире, и продолжала курить.

— Ты любишь когда тебя имеют в зад? — дядя Паша запускал свой палец все глубже и глубже. — Да, наша шлюшка это очень любит, — ответил за маму мой отец.

Мама докурила, выбросила окурок и чмокнула папу в губы.

— Пошли скорее, — и вывернувшись из Пашиных рук, скрылась в комнате. Мужчины пошли следом, а я тут же снова бросилась на балкон, стараясь не пропустить ничего. Когда я заглянула в комнату мама уже лежала боком на тахте лицом к окну. Дядя Паша стоял посреди комнаты и натягивал на свой торчащий хуй презерватив. Папа тоже лег перед мамой лицом к ней, она обняла его, и они стали сосаться.

Дядя Паша опять обильно намазал свой член смазкой и лег сзади от мамы. Она подняла левую ногу вверх, согнула ее, и папа подхватил ее под колено. Второй рукой папа раздвинул мамин зад, а Паша начал выдавливать и растирать смазку по жопе. Кожа становилась мокрой, смазки было так много, что вся задница уже блестела. Потом он выдавил из тюбика прозрачный крем прямо в анус, помассировал его и начал просовывать туда палец. Мама сладко застонала. Когда палец ушел на всю длину, дядя Паша покрутил им внутри, вынул его и приставил к маминой жопе свой смазанный болт.

Папа продолжал держать ягодицы раздвинутыми, и член входил в маму между его пальцев. Мама снова застонала и крепко прижалась к папе, вцепившись в его плечи. Член входил по смазке довольно легко, хотя его толщина была непривычна для мамы. Наконец, через несколько минут член погрузился в мамину попу целиком и дядя Паша замер, давая возможность анусу привыкнуть к нему.

Когда сфинктер растянулся достаточно, папин приятель начал двигаться в маме. Она сжимала свои ягодицы, обхватывая твердый ствол, погружающийся в нее, на что дядя Паша ответил хлопками по заду. Обоим, похоже, очень нравилась подобная игра. Он просунул руку под нее, и теперь параллельно с фрикциями тискал еще и мамины сиськи. Другой рукой он растягивал маме жопу, когда она пыталась ее напрячь, или смачно хлопал по ней. Мама снова начала покрикивать, и папа, обняв маму, прошептал:

— Открой ротик, милая, — мама с готовностью подчинилась, и отец сперва смачно плюнул ей в открытый рот, а затем снова запихал ей в рот трусики. Дядя Паша улыбнулся: — Голосистая сучка.

Теперь мама опять могла только мычать и стонать. Член легко скользил внутрь маминой жопы, судя по всему, зад уже был изрядно раздолблен. Движениями таза дядя Паша загонял свой хер почти на всю длину, затем очень медленно выводил его, и снова резко насаживал маму. Бант, вытатуированный на попке, словно раскрылся, принимая в себя хуй, который с чавканьем дрючил маму.

Папа лежа перед женой, поднял ей ногу еще повыше, и, приставив свой болт к ее киске, ввел в пизду свой член. Влагалище без видимых усилий приняло в себя папин упругий хуй. И вот маму с кляпом во рту одновременно ебали два члена. Оба поршня работали в быстром ритме, входили в маму резко, но ей это нравилось, она извивалась, приглушенно покрикивала, стонала через трусы, торчащие из ее рта, сжимала их зубами, закатывала глаза, дергалась в такт то одному, то другому мужчине, которые успевали еще и тискать ее грудь, попку, живот. Папа начал лизать маме лицо, затем, дернув за волосы, запрокинул ей голову и стал ласкать ее шею. Такая оргия продолжалось какое-то время, я опять начала мастурбировать.

Наконец, родители решили сменить позу. Сначала папа вытащил свой член, он был полностью покрыт влагой, которую обильно выделяла мамина дырка. Затем и дядя Паша вынул свой гигантский фаллос, напоследок, похлопав им маму по жопе.

Дядя Паша остался лежать на кровати, лишь перевалившись на спину, а мама, перебросив одну ногу, оказалась над ним. Взяв Пашин член за основание, отчего он напрягся еще сильнее, она направила хуй себе между ног, и стала всем весом насаживаться на него. При этом трусики, заботливо засунутые отцом в рот моей родительнице, так там и оставались, лишь их часть свисала из ее рта на подбородок. Большущий Пашин хер погружался в маму плавно, она словно скользила по нему своей пиздой к его яйцам. Когда член вошел на всю длину, моя мамуля выгнулась вперед и начала двигать бедрами вперед-назад, хуй гулял в ней как поршень, она прыгала на нем, ее сиськи тряслись. Дядя Паша держал маму за бедра, стараясь поглубже насадить ее на свой фаллос. Папа же забрался с ногами на тахту, слегка присел, и начал вводить свой член маме в анус. После того монстра, который только что долбил ее зад, папин хуй легко скользнул внутрь маминой жопы.

Мама уже лежала на папином приятеле, который дрючил ее, подбрасывая каждым втыком вверх, а папа жарил в сраку, стараясь пошире растянуть ягодицы в стороны. Мне было отлично видно, как два здоровых члена трахают мою мать в обе дырки, и как ей это нравиться.

Ебля длилась еще минут десять, пока папа вдруг не вытащил свой хуй, и струя спермы не ударила прямо в мамин сфинктер. Сперма потекла вниз, а папа начал растирать ее по маминой жопе, добавляя новые порции на ее выебанный зад. Тут подоспел и дядя Паша: он тоже вытащил свой член, стянул с него гондон, и задрочил маме на сиськи. Полившаяся сперма забрызгала большую грудь, и мама тоже начала растирать ее по своим титькам.

Судя по лицам всех троих, они были очень довольны. Папа еще потискал мамин зад, дядя Паша ласкал мамину грудь, пока она вылизывалка его член и высасывала остатки спермы. Потом они все вместе пошли в душ.

На этом сексуальные похождения моих родителей в этот вечер закончились, а что же я? — спросите вы. Я отправилась спать, переполняемая мыслями и фантазиями, которые ураганом проносились у меня в голове, переформатирую мое сознание, жизненные принципы и базовые ценности. Я еще долго не могла уснуть, ворочалась, уже не обманывая себя, я откровенно завидовала матери, и твердо решила изменить свою жизнь. Надо сказать, что принятое в ту ночь решение довольно быстро воплотилось в жизнь, еще до окончания института я научилась обольщать сперва сверстников, а потом и мужчин постарше, и могла без проблем выбирать себе партнеров по вкусу. Ну а прежде чем уснуть, еще я разок помастурбировала, не удивляясь, что мое влагалище уже привычно увлажняется, и я не боюсь его перетрудить.