на сайте более 25 000 рассказов
:: Традиционно:: Измена:: Секс туризм:: Экзекуция
:: В попку:: По принуждению:: Пикап истории:: Золотой дождь
:: Гомосексуалы:: Потеря девственности:: Романтика:: Минет
:: Бисексуалы:: Подростки:: Фетиш:: Юмористические
:: Группа:: Наблюдатели:: Фантазии:: Эротическая сказка
:: Зоо:: Служебный роман:: Странности:: Классика
:: Инцест:: Случай:: Пожилые:: Остальное
:: Лесбиянки:: Студенты:: Подчинение и унижение:: Поэзия
:: Транссексуалы:: Свингеры:: Переодевание

Ширина текста:

Размер текста:

Новые рассказы Добавить рассказ

Эротический рассказ:
Деревенские сексистории

Категории: Традиционно | Группа | Инцест | Измена | Потеря девственности | Подростки | Случай |

Секс в деревне тоже бывает и, ещё, какой!
---------------------------------------------------
Вступление.
Дашке было пятнадцать лет и она жила в самой настоящей деревне, Семёновка, раньше тут был колхоз "Первомайский", непонятно почему так называвшийся. Ничего праздничного первомайского в их деревне не было. Жили вообще то бедновато, а когда колхоз развалился, в девяносто втором году, то вообще очень трудно. Мужики и раньше пили, а тут как с ума посходили, спирт дешёвый появился сначала, но это ненадолго, потом этот спирт стали продавать ушлые бабёнки стаканами, зарабатывая на этом, и мужики вообще стали спиваться и помирать от этого. Других, однако это не останавливало и они продолжали пить. Технику и даже здания, оставшиеся после колхоза, разобрали и растащили, кто что смог. Были конечно и нормальные мужики, не сильно пьющие, так те работали и, в основном на стороне, или летом, "прихватизировав" бывшие колхозные угодья, ставили сено или выращивали сами картошку и капусту и потом всё это продавали
Жили, кто как сможет, но со временем кое что всё таки стало налаживаться. Бывший главный механик колхоза, сумевший прибрать к рукам всю лучшую и почти новую технику, весной девяносто шестого года сумел как то выкупить и приватизировать бывший колхоз со всем, что в нём ещё оставалось и обьявил себя фермером, пригласив нормальных мужиков и молодых ребят работать у него и зарабатывать себе на жизнь более честно. И люди пошли к нему. Непонятно где он брал вначале деньги, но за работу расплачивался честно и люди стали понемногу "оживать". И настроил ведь работу и жизнь в Семёновке.
Были засажены поля, появилось небольшое пока стадо коров, ремонтировались и приводились в порядок фермы, МТМ, гараж для машин. В деревне появилось сначала три магазина и ларьки со всякой мурой от сникерсов, памперсов, ненашенских презервативов, до книг, журналов, всякой тематики и даже цветов. Продавалось и покупалось всё.
Но главное то не в этом. Жить стало лучше, начальство из города и района, с девяностого года забывшее про деревню, стало появляться. Нашлись даже деньги на ремонт средней школы. Ребят, школьников стали, как раньше, кормить, за небольшие деньги в школьной столовой, а учителя стали добрее и улыбчивее. Классы были полные, особенно младшие, но и в старших человек по пятнадцать - двадцать тоже было. Стали появляться и молодые, учителя и учительницы, после учёбы направляемые сюда, долго они, правда, не задерживались, отработав положенное по направлению, уезжали, но и это был уже прогресс. Некоторые и оставались, выйдя замуж или женившись и связав свою судьбу с местными. Таких было немного, но они были.
Деревня оживала, появились спутниковые антены-тарелки, восстановлен был узел связи и во многих домах появились телефоны. Молодёжь, стала раскрепощённей, начитавшись и насмотревшись всякой эротики и порнушки, конечно, этим уже никого нельзя было удивить, ну, просто, революция сексуальная прошла по деревне, да и по району, городу, как и по всей России. Безработных, как таковых, было немного и это в основном были всё те же пьяницы и алкаши, которых просто боялись брать на работу.
---------------------------------------------------------------------
Дашка и Светка - соседка.
---------------------------
Закончив восьмой класс, Дашка и её подружка - соседка, устроились на лето работать в открывшееся на выезде на шоссе, кафе-столовую для водителей автомашин и автобусов и так же пассажиров этих автобусов, которые следовали по асфальтированному шоссе от города во все посёлки и деревни, а также и в другие области или наоборот. Движение было интенсивное и кафе-столовая работала круглосуточно.
Ближе к июлю, хозяйка кафе, симпатичная дама тридцати пяти лет, Вера Ивановна её звали, подвезла и установила, немного в стороне от кафе домик, собранный из трёх вагончиков и представляющий собой трёхкомнатную квартирку, оборудованную ванной и туалетом, назвав это комнатами отдыха для дальнобойщиков, которых было тоже много. Сначала это и были комнаты отдыха, но потом ей сами дальнобойщики посоветовали заиметь несколько симпатяжек для того, чтобы им, дальнобойщикам, можно было немного развлечься, сбросить напряжение, за определённую оплату, конечно. Так в домике поселились три девушки лет двадцати, наверное, которые ублажали озабоченных водил, имея от этого не слишком большие, но всё таки деньги и, причём, постоянно. Простоев у девчонок не было. Сорок процентов они отдавали хозяйке, но остальные были их и это устраивало всех. Такса была постоянная и этот, своеобразный, дом терпимости работал.
---------------------------------------------------------------------
Дашка и Светка, подружка, считались официантками, работали по восемь часов, в одну смену, хотя по договору было записано, что они, как несовершеннолетние работают по шесть часов. приходилось им выходить и в вечернюю смену, до двенадцати ночи. В ночную смену хозяйка не рисковала их посылать, за это они получали немного меньше, чем остальные, но их устраивало то, что они имели, и два выходных дня каждую неделю.
Когда появились профессионалки, обслуживающие мужчин, они даже немного завидовали по глупости им, пока не разговорились с одной из них, Люсей, красивой девчонкой, но имеющей уже постоянные тёмные круги под глазами, которые не всегда можно спрятать под косметикой. Люся отдыхала в тот день и зашла перекусить в кафе. Дашка обслужила девушку и как то сам собой завязался разговор о работе проститутки. Народу в кафе, в одиннадцать вечера, не было, автобусы ещё не подошли, машин тоже было немного и водилы уже оттягивались в домике или спали, кто их знает. Дашка подсела к Люсе за столик, когда та допивала бокал вина и на столе была ещё чашка кофе. Разговор начала Люся.
---------------------------------------------------------------------
Разговор с путаной.
----------------------------
- Сколько тебе лет, девочка? И как тебя зовут? Меня Люсей, охота поболтать немного. Там, - она кивнула на домик, - этим заниматься некогда. Садись, посиди со мной.
- Я Даша, устроилась на лето сюда, до школы.
- Так ты ещё школьница? Дела! Тебе же нельзя ещё работать полную смену.
- Ну, да. В договоре указано, что мы работаем со Светкой, по шесть часов. Платят нам полностью, нас это устраивает. Люсь, а много приходится обслуживать тебе мужиков?
- Тебе что, тоже захотелось попробовать? Не спеши, Даша, с этим делом. Это очень тяжёлая работа, особенно на трассе, здесь. Иногда по пять человек за день, пропускать через себя приходится, а ведь всё мужики, разные, и члены всякие встречаются. К тому же есть нормальные мужики, а есть с придурью, хотящие за то, что они нам платят иметь нас по всякому, но тут уж им облом. За отдельную оплату, ещё и даём изредка, а так нет. Они же, суки, хотят чтобы и сосали им и в попку давали и после этого тоже сосали. Я, лично, извращений вообще не терплю. Пососать могу ещё, за оплату, но в попу никогда не даю, хотя они жалуются порой и даже хозяйка наезжает, что мол, тебе задницы жалко.
- А ты пробовала всё таки в попу? Это говорят здорово больно. А зачем ты пошла на эту работу? Или платят много?
- Ох, Дашенька! Платят, конечно не плохо, хотя и с хозяйкой делимся, но нормально. Только иной раз и денег не надо, особенно когда попадётся клиент, у которого не член, а монстр, сантиметров в двадцать с гаком и толщиной в пять-шесть. Да ещё поддаст немного и дерёт тебя долго. Всё там болит потом. Бывает дня два-три не можешь работать, хозяйка злится порой, а что поделаешь. Не гробить же себя совсем из за денег этих, проклятых.
Зачем занимаюсь этим? Так живу я за счёт этого, ничего же больше не умею, кроме как подмахивать, когда меня трахают и имитировать наслаждение,... когда это надо, чтобы завести клиента и скачать с него побольше.
Про попку ты чего спросила? Пробовала уже? Нет? А я пробовала, уговорил меня один, ещё в городе тогда ошивалась. Член у него для пизды вполне нормальный был, попробую, думаю, может пригодится когда. Он сначала по нормальному меня потрахал, смазал его как следует, потом как впёр мне в зад и всё. Целку ломали, я не отключалась, а тут вырубилась от боли. Адской она была. Когда он мне впёр, я на четвееньках, раком стояла, сразу упала на грудь, заорав и вырубившись.
Ты думаешь его это остановило? Куда там, ему моя боль только в кайф, оказывается. Очнулась я, а он всё ещё меня пялит, лёжа на моей спине. Боль немного потише, но до самого конца была, пока он не кончил туда. Слез, вытащив, и заматерился. В говне он у него весь был. Пошёл мыться, а я на трясущихся ногах в туалет, приспичило меня. Когда оттуда полилось и полезло говно наполовину с кровью, опять боль нахлынула. Кое как посрала, потом подмылась. Целую неделю потом с кровью какать ходила. С тех пор и не даю больше в попку. Боюсь, да и зачем? Обойдутся, пусть дают те, кому это нравится.
Есть у нас одна, так той в задницу, в кайф, кончает от этого, лучше, говорит, чем спереди, а мне нет, не нравится это дело.
- Люся, а ты кончаешь, когда тебя трахают, получаешь удовольствие от этого?
- Кончаю, но очень редко, Даша. В основном, когда сама даю и если мне нравится мужчина. Попадаются и клиенты нежные и ласковые, тогда с удовольствием даю такому и тоже иногда кончаю. А так, я уже приучилась не слишком реагировать на то, что меня трахают, справляя потребность куда то слить напряжение и только имитирую оргазм, чтобы клиенту приятней было.
Устала я уже, до конца лета пробуду ещё здесь и свалю, отдохнуть надо, с полгода, деньги есть. Потом опять буду этим же заниматься, пока пользуюсь спросом, нравлюсь ещё кому то. Вот так. Ну, поговорила немного, отвела душу. Пойду, посплю. С утра опять в работу. Пока, девочка Даша.
======================================================================
Захотелось девкам дать, и уж целок не видать...
--------------------------------------------------
Даша и Светка потеряли девственность вместе, в один день, точнее ночью уже, когда возвращались с трассы, из кафе, с работы. Было около половины первого, ночь была светлая, июнь же ещё. Они шли домой, а это два километра через лесок, потом ещё с километр по деревне, которая раскинулась в длину почти на четыре километра и имела семь улиц, по ширине, а это тоже чуть меньше километра. Как и договаривались, их встретили, на входе в лесок, ребята. Дашу - Сашка, а Свету - Витёк, которые были на два года старше их и закончили уже десятый класс.
Светка с Витьком, ушли вперёд метров на сто, потом совсем потерялись из виду. А Даша, находясь под впечатлением от разговора с проституткой Люсей, шла о чём то задумавшись, замечая только, когда Сашка обнимал её, пробуя целовать и щупать. Она отстранялась тогда, вызывая его недовольство. Дойдя, как обычно, до своего места, они свернули немного в сторону и, выйдя на заросшую полянку, остановились. Сашка сразу расстелил на траве свою ветровку и они уселись на неё.
Даша, словно очнулась и, упав на спину, сама обняла лёгшего сбоку и сверху Сашку, отвечая на его поцелуи. Им обоим нравилось здесь и они уже не раз тут были, обнимаясь, целуясь и щупаясь. Порой Сашка раздевал её, когда она разрешала это ему, с урчанием и блеском в глазах, мял её хорошие уже титечки, целуя, покусывая и посасывая их. Пробовал залезать в трусики и ласкать там. Даша, если была в настронии, позволяла ему это, получая взамен нормальное удовольствие, сама порой доставала из ширинки его торчащий член и тоже ладошкой доводила его до извержения. Больше, несмотря на всё усиливающиеся уговоры Сашки, не позволяла, чувствуя однако, что всё равно придётся ему в это лето уступить.
Побаивалась немного боли, но в общем то была к ней готова. После поцелуев и щупанья, Сашка опять залез ей в трусики, проводя пальцами вдоль влажной уже щелки и потирая её клиторок-писунок. Даша расстегнула его ширинку и взяла выскочивший, напряжённый член в ладошку. Сашка довольно пробормотал что то, страстно поцеловал её и вновь попробовал стянуть с Даши трусики. К его удивлению, она не протестовала, а сама, приподняла попку, помогая ему и поддрачивая его, уже изнывающий член.
- Дашенька! Может дашь сегодня? У меня уже яйца скоро болеть начнут, от твоей ладошки всё равно ведь, когда то надо это делать. Давай, сегодня, Даш.
- Ох, Санечка! Заводишь ты меня. Целку сломаешь, а потом бросишь, ведь.
- Ты что, Дашенька!? Никогда! Я же люблю тебя!
- Ну да, любишь, а Лильку ходишь ебёшь, когда от меня уходишь. Думал я не знаю? Мы же в деревне живём. А Лилька похвасталась, что ты её по три раза за вечер ебёшь, довольная. И ты мне говоришь, что любишь меня. Все вы кобели, кто подставит, туда идёте, и нечего обещать. А то, никогда. Ладно, сегодня я сама решилась, но если проболтаешь кому, то убью, точно. Снимай с себя штаны тогда. Куртку правда замараем, но это не смертельно, сполоснёшь в речке, если захочешь.
Радостный Сашка тут же стянул с себя штаны вместе с трусами, Даша подтянула вверх юбку и раскинула ножки, приглашая Сашку к продолжению. Он тут же навалился на неё, стараясь сразу же вставить. Не получилось, уткнулся в писунок, сделав ей больно.
Даша взяла и направила член сама, чуть приподняв бёдра. Член ворвался при резком толчке Сашки бёдрами и провалился до конца, сразу превратив её из девочки в женщину. Даша простонала, закусив губу и расслабилась, а Сашка стал резко вбиваться в неё и через несколько секунд кончил, заливая её пораненое влагалище своей спермой.
Тяжело дыша и довольно улыбаясь, он поцеловал, зажмурившую глаза Дашу, пощупал её тити и взявшись за её ягодицы, снова начал вбиваться в неё. А у Даши появились первые ощущения желания, чтобы в этот раз его толчки в ней длились подольше, и она обняла его за спину, стараясь угодить в ритм этих толчков, поднимая навстречу свои бёдра. Потом её вообще захлестнуло что то неведомое и сильное. Она расцарапала его спину, вцепившись в неё ногтями, закричала уже не от боли и сразу обессилела, раскинувшись под ним, и чувствуя, как он опять кончает в неё горячими выплесками спермы.
На всё тело навалилась усталость, даже глаза стали слипаться, но Даша одёрнула сама себя и, чувствуя, как уменьшился внутри неё член Сашки, просто столкнула его с себя, поняв, что она уже женщина и получила, даже, своё первое удовольствие. На сегодня ей этого хватит, а Сашка, если ему будет мало полученного, пусть идёт опять к Лильке и заканчивает с ней. В общем то, она Сашку не очень любила, но поняв, что у него не очень большой член, решила сделать то, что сделала, именно с ним. Знала, к тому же, что он не болтун и, возможно о том, что она уже не целка, никто лишний не узнает. Это было для неё, пожалуй, главное теперь.
- Ты чего столкнула меня? Я ещё раз хотел. Ты ведь тоже кончила? Так чего?
- Ты что, дурак? Целку порвал и сразу ещё раз засадил. Я кончила больше от боли, чем от удовольствия. Было конечно, хорошо немного, а сейчас там саднеет и болит всё. Спустил в меня, к тому же, два раза. А вдруг прихвачу? Что тогда делать? Всё, на сегодня, пошли к речке, подмыться мне надо как следует. У тебя тоже хуй весь в крови.
- Тогда понятно, а завтра дашь?
- Не знаю, как самочувствие будет. Может и дам, но лучше к Лильке своей сбегай, она то не целка и нравится ей с тобой. А если ты там что нибудь не так сделал и будет болеть, то совсем больше не дам тебе. Вот так, Санечка. Идем, давай.
Даша поднялась, посмотрела на свои, забрызганные кровью ляжки и лобок, на вытекающую из щелки сперму, вздохнула, вытерла немного трусиками и пошла. Сашка, спрятав своё хозяйство двинулся за ней.... Ночь была тёплая. Подойдя к речке, Даша полностью разделась, взяв трусики, совсем не обращая внимание на парня и зашла в воду по пояс. Присела, полностью окупнувшись и стала подмывать себя. Вода сделала своё дело и освежила, к тому же. Даша с удивлением вдруг осознала, что ничего у неё не болит и вообще состояние такое, будто ничего и не случилось и целка у неё на месте, хотя понимала, что это не так. Она засмеялась, брызнула на Сашку водой и крикнула:
- Чего стоишь? Раздевайся, будем купаться и ветровку свою застирай, заодно хуй вымой.
Сашка послушался и скоро они вовсю баловались, плескались и хохотали. Подойдя к Даше, он обнял её, очень сильно, и стал целовать, ощущая все выпуклости прижатого тела. Даша с каким то удовольствием ответила на поцелуй, почувствовав входом влагалища, напрягшийся опять, Сашкин член. Усмехнувшись в душе, охватила его шею руками, а ноги сами обняли его бёдра, впуская член во влагалище. От неожиданности, Сашка чуть не упал вместе с ней в воду, но удержался и, довольно засмеявшись, ухватил Дашу за ягодицы и стал помогать ей насаживаться на член.
Зрелище было ещё то, только аплодировать было некому.
Даша, помогая себе руками и ногами, насаживалась на Сашкин член, ощущая как он ходит в её дырке и начиная заводиться от этого. Кончили они вместе и она чуть не сорвалась с его шеи, почувствовав себя опять обессиленной. Сашка поддержал её и она встала на ноги, выпустив из себя его член, котрый не успел опустошиться в ней и последнее поплыло по течению. Они поцеловались ещё, и Даша снова подмыла себя. Потом вышла из воды и оделась, поджидая Сашку.
Пройдя с километр, на выходе уже из леса, услышали вдруг справа, метрах в семи, громкий шёпот Светки и Витька. Тихонько хихикнули оба и, не сговариваясь, шагнули в ту сторону, чтобы посмотреть. Там стоял невысокий столик и две сколоченные из досок скамейки, место для выпивки местных мужиков, и они это знали. Подкрались почти вплотную, когда до места действия, оставалось метра три, притаились за кустом можжевельника, откуда всё было видно как на ладони.
Целку Витёк Светке уже сломал и она успела даже подмыться, что было понятно, рядом стояли две пластиковые двухлитровые бутылки воды и одна была почти пустая. Сейчас он уговаривал её ещё на разочек, слушать и смотреть было интересно.
- У тебя же не болит больше, всё нормально, а у меня опять стояк. Давай, хотя бы разочек, Светочка. Чего теперь то боишься?
- Ага, тебе разочек, а мне проблемы. Завтра месячные должны начаться.
- Так наоборот, никаких проблем. Не прихватишь, это точно. Ну, же, Светик!
Витёк, обнимая, теснил Светку к столику. Она уже уселась на него голой попкой, трусики выглядывали из кармашка кофты, и под давлением тела Витька, ложилась постепенно на него, сопротивляясь, скорее, для вида. Была уложена, и Витёк стоял, наклонившись, между её раскинутых в стороны ножек, лихорадочно спуская вниз брюки вместе с трусами. Спустил до коленей и, подтянув за бёдра Светку поближе, вставил член в неё. Светка тихонько захихикала и охватила ножками Витькину поясницу, заставляя того лечь на себя. Что он и сделал уже вовсю работая бёдрами, а голая задница, с напрягшимися ягодицами поднималась и резко опускалась.
Зрелище было нормальное, им было видно, как входит в Светкину пиздёнку и выходит из неё член Витька. Даша ещё обратила внимание, что размер его на порядок выше, чем у Сашки. Действие продолжалось и Витёк со Светкой уже часто и громко дышали, а Светка ещё и повизгивала, подходя видно к финалу. Её попка напряглась, подаваясь навстречу толчкам, потом замерла, Светка прошептала, страстно так: - О! Витечка! Я всё! - и расслабилась, ноги свалились вниз и Витёк сделав ещё три сильных толчка в неё, тоже громко, облегчённо вздохнул, и засмеялся, крепко обняв подругу-партнёршу, и поцеловал её со словами:
- Вот видишь, никакой боли, одна приятность. Тебе было хорошо, Светик?
- Классно, Витёк. Я не думала, что сразу после боли получу такое удовольствие от тебя, но на сегодня хватит всё таки, а то он у тебя почти не уменьшился там. Завтра у меня выходной, предков дома до шести вечера не будет, приходи, ещё поебёмся. Мне понравилось с тобой. Вытаскивай, я подмоюсь ещё, и пойдём. Поздно уже.
Пока Витёк со Светкой приводили себя в порялок, Даша с Сашкой тихонько вернулись на дорожку и пошли дальше, до дома Даши, где Сашок, помня слова Светки о выходном, договорился с Дашей о встрече у неё дома днём. Они поцеловались, на прощание, и разошлись. Спать Даша легла с хорошим настроением, что у неё тоже всё получилось.
======================================================================
Даша сердится.
---------------------------
Сашка заявился к Даше сразу после обеда, было около часа дня и она только прибрала на столе. Родители на работе, и она хотела уже пойти на речку, чтобы искупаться, когда, постучав зашёл улыбающийся Сашка и сразу обнял её, стал целовать. Даша засмеялась и ответила на его поцелуи, потом спросила:
- Что, совсем невтерпёж? Насмотрелся вчера на Витька со Светкой? Ты не наглей, чего сразу в трусы лезешь? Давай, разденемся, что ли. Голыми поебёмся. Хочу почувствовать, как это голыми, тело твоё на себе ощутить. Раздевайся, нечего теперь стесняться.
- Дашенька, ты такая красивая, я так хочу тебя. Ложись на диван. Ох, хорошо!
Говорил Сашка, наваливаясь на неё сверху. Даша сама подправила его подрагивающий член и довольно хихикнула, когда он вошёл в неё весь, и их лобки соприкоснулись. Сашка сразу взял высокий темп, вздыхая и начиная часто дышать, обнимая её снизу за плечи и резко входя в её смазавшуюся уже дырку, которая подрагивала, охватывая член. Хватило его, однако, ненадолго и через пару минут он разрядился, не сумев, как ему показалось, доставить удовольствие Даше. Она разочарованно вздохнула, ощущая как уменьшается во влагалище его член. Потом он совсем выскользнул из неё. Сашка кайфовал, а Даша разозлилась и столкнула его с себя со словами:
- Эх, ты, сам балдеешь, а я не успела толком прочувствовать даже его в себе. Всё, не дам больше тебе. Одевайся и уходи. Не нужен мне такой ёбарь.
- Ты чего, Дашенька? Встанет он и всё будет нормально, во второй раз. Давай ещё.
- Нет. Всё настроение мне сбил, ничего теперь не получится, а тебя одного удовлетворять у меня нет желания. Уходи. Заканчивай с Лилькой, а ко мне больше не суйся. Не хочу я с тобой. Не нравишься ты мне больше.
Сашка оделся, психанув и ушёл, хлопнув дверью. Даша усмехнулась, поняв, что ей удалось от него избавиться, хотя, если честно, то удовольствие она сумела получить, но не показывая это, не нужному ей, этому пацану. Всё получилось, как она и думала.
---------------------------------------------------------------------
Зато у Витька со Светкой всё было в ажуре. Они уже три раза поеблись, получая обоюдное удовольствие при этом. Светка была в восторге от своего Витька и, устроившись сверху на отдыхающем пацане, зацеловывала его, страстно шепча, как ей хорошо с ним. Витёк довольно улыбался, ему тоже было неплохо. Светка оказалась темпераментной девчонкой и так здорово подмахивала ему, сама, тоже, получая желаемое, что Витёк готов был ебать её снова и снова. Но отдых то, тоже нужен, и он отдыхал, блаженствуя и зная уже, что если захочется, то снова получит своё. Они пользовались отсутствием её предков в полной мере, любя друг друга. Им это нравилось.
======================================================================
Дашкина радость с мужем сестры.
--------------------------------------
Дашка знала, что красива и пользовалась этим, отшивая иной раз пацанов от себя, не ища для этого какой то причины. Её уже ...называли иной раз стервой, когда она обижала кого то. Она запросто могла полчаса целоваться с каким нибудь парнем, давать ему щупать себя и залезать чуть ли не в трусики. Потом, вдруг, на неё что то находило и она, ни с того ни с чего, могла ударить по лицу и послать пацана, с которым только что целовалась, подальше и после этого не замечать того в упор. Такие были, вот и с Сашкой она тоже обошлась подобным образом, избавляясь от него, который сделал её женщиной, но стал теперь ненужным ей. Чего она хотела? Чего добивалась? Это знала лишь она сама. Хотя всё было довольно просто, если заглянуть в её мысли и желания.
Дашка была влюблена, уже больше года, со дня свадьбы своей старшей сестры Леры, Валерии, которая по любви вышла замуж, за пришедшего из Армии уже взрослого мужчину.
Этого мужчину звали Геннадий и он был мужем Валерии. Ему было двадцать шесть лет, он был офицером отставником, вернувшимся с Афганской войны. Звание невысокое, старший лейтенант одной из расформированных частей, прошедшей более пяти лет афганского ада.
В деревне он устроился работать военруком и физруком, по совместительству, в среднюю школу Семёновки и через полгода женился на Лере, преподававшей в младших классах этой же школы. Это было год назад, и Дашка страшно ревновала сестру, которая полюбила Геннадия Сергеевича, так его звали все в школе. Она тоже любила его, но была слишком молода, чтобы он обратил на неё внимание. Нет, он её знал, конечно, и был ласков с ней в обращении, ведь она была сестрой Леры, но не более.
А она хотела большего. Даже невинности лишилась, чтобы он не чувствовал себя обязанным, если ей удастся его совратить, а она на это надеялась. Лера была беременна уже на шестом месяце, и имела довольно большой живот, а значит, думала Дашка, теперь она редко даёт своему муженьку, который конечно же хочет большего, будучи ещё молодым и полным сил. Геннадий, однако, ничем не показывал своего хотения, был очень нежен с женой и на все старания Дашки, привлечь его внимание, не реагировал, как ей хотелось.
Дашка была настойчивой в своих стремлениях и добилась таки, совратила Геннадия, и он оттрахал, выебал её так, что она неделю потом чувствовала дикую радость от тех наслаждений, что он сумел ей доставить. Получила своё сполна и была страшно довольна.
Случилось всё в июле, когда Леру положили на сохранение в районную больницу. Геннадий увёз её на своей машине, после обеда, вернулся вечером, около восьми часов, уставший, но довольный, после разговора с врачами. Ему сообщили, что у него будет, скорее всего сын и ребёнок уже сейчас очень крупный, поэтому, до родов, Валерии лучше находиться в больнице, под наблюдением врачей. Поставив машину, он пришёл и пригласил мать с отцом и Дашку, конечно, к себе домой, чтобы порадоваться вместе с ним, ну и выпить немного. Мать поцеловала зятя, но сказала, что неважно себя чувствует и не пошла. Отец всегда был рад выпивке, да ещё на "халяву", и они с Дашкой пошли в гости.
Жили Геннадий с Лерой недалеко, через улицу от них, в доме, который купили сразу, как поженились. Геннадий суетился, накрывая стол, Дашка помогала ему, а отец сидел и ждал выпивки. Геннадий выставил две бутылки коньяка, сели за стол и начали отмечать приятную новость. Выпили за будущего сына, за то, чтобы у Леры всё было хорошо, ну и просто пили, уже что то рассказывая друг другу. Дашка выпила только две стопки и притормозила, да и отец довольно грозно поглядывал на неё, показывая кулак, хотя никогда не тронул её даже пальцем, наказывая за что то. Мать могла и полотенцем или чем другим, хлестнуть по спине или по заднице, но отец, любимую дочку не обижал.
Часов в десять, коньяк был выпит и отец здорово уже пьян, хоть и хорохорился, показывая, что может ещё столько же выпить. Дашка намекнула, что мать будет недовольна и отец, вздохнув огорчённо, поднялся, чтобы идти домой. Геннадий пошёл проводить его, попросив Дашку, чтобы она прибралась. Она сказала, чтобы передали мамке, что она до двенадцати погуляет ещё, чтобы мать не беспокоилась. Они ушли, а она быстро навела порядок и села ждать Геннадия, надеясь, что у неё получится сегодня
Геннадий вернулся очень весёлый и довольный через полчаса. Оказывается, отец выпросил таки, у матери, и она налила им по кружке, довольно крепкой настойки на вишне. Зашёл и обнял Дашку, поднимая и кружа её.
- Сын у меня будет, Дашенька! Это же здорово! Я ещё удивлялся, что у Лерочки, уже на пятом месяце, такой большой живот стал. Богатырь у нас родится, Даша!
- Я рада за тебя и за Леру, Гена. Дай, хоть поцелую тебя, по настоящему, за это.
Она повисла у него на шее, а когда он наклонился для поцелуя, впилась в его губы страстно, дорвавшись до желаемого мужчины. Геннадий сначала растерялся, но под руками было упругое девичье тело, которое сильно прижималось к нему, и инстинкт возобладал над разумом. Он несмело, сначала, ответил на поцелуй, но Дашка не прекращала своего и он, тоже прижав её к себе сильнее, почувствовал, как поднялся и напрягся член, больше недели уже не бывший в женщине, стал яростно целовать Дашку.
- Ты явно совращаешь меня, Даша. Зачем? Я же мужчина, и мне тяжело сдерживаться, чувствуя твоё волнительное девичье тело, прижимающееся ко мне.
- А ты не сдерживайся, Гена. Я очень хочу тебя, и прямо сейчас. Не бойся, об этом никто, кроме нас с тобой знать не будет. Возьми же меня, Геночка!
- Ты девочка, Даша?
- Нет, я уже женщина и месячные позавчера только кончились. Ну, же, не бойся. Я хочу тебя очень давно уже. И я не буду никогда мешать вашей с Лерой жизни. Люблю вас обоих
- Ох, Дашка, у меня торчит уже и тоже на тебя. Ну, терпи тогда, раз сама захотела.
Геннадий оторвался от неё, сходил и закрылся, раскинул диван и застелил его простынёй. Дашка подошла к дивану, видя его действия и радуясь своей победе, стала раздеваться, как и Геннадий. Через минуту они голые лежали на нём и, целуясь, исследовали тела друг друга. Когда она добралась до члена, то испугалась, он был огромен, длиной около двадцати сантиметров и пять в диаметре.
Но было уже поздно отступать, член начал входить уже в её влажное от ласк влагалище. Зная свои размеры, Геннадий не спешил, мягкими толчками проталкиваясь в неё всё глубже. Член поместился в ней, потерявшей невинность, всего две недели назад, весь, и совсем не принёс ей боли, как она того боялась. Он сделал всего два толчка в ней, и Дашка приплыла. Кончила и, радуясь этому, стала сама подавать ему навстречу свой передок. Затем был второй, потом третий раз, а кончала в четвёртый она, вместе с Геннадием, выжимавшем последними толчками в ней, из себя в неё и из неё, наружу. Когда он вытащил член, она почувствовала себя опустошённой, покинутой, и дырка влагалища долго не закрывалась, из неё вытекали их совместные соки любви.
Дашка поняла, что такое наслаждение от секса, она может иметь только с ним, Геной и страстно целовала его, устроившись на его широкой груди. Он лежал на спине, отвечал на поцелуи и ласкал её симпатичные и подвижные ягодицы. Поцеловал её грудки, спросил:
- Может хватит тебе, Дашенька? Ты же получила, что хотела.
- Гена, ты очень устал? Не сможешь больше?
- Да я то смогу. Боюсь ты не выдержишь подо мной столько. Я же выпил сегодня, второй раз это будет не менее получаса, может и больше, мне долго не кончить. Я знаю себя.
- Так это же классно! Чем дольше, тем лучше для меня. Мне очень понравилось.
- Ну, смотри сама, у меня опять готов к продолжению. Садись на него сверху.
Дашка радостно приподнялась и насадилась влагалищем на его член. Начала движения вверх и вниз, стараясь не впускать его полностью, так как член давил на матку и причинял ей боль при этом. Геннадий, взяв её за бёдра, слегка приподнимал свои ей навстречу, как бы помогая. Дашка начала приплывать через пару минут, но держалась, хоть ...и теряла часть сил при оргазмах. Выдержала, постанывая от удовольствия три раза, затем при четвёртом оргазме, силы оставили её и она рухнула Геннадию на грудь, её трясло.
Он усмехнувшись, про себя, дождался, когда она немного успокоится, затем ссадил её с себя и поставил на четвереньки, сам пристроился сзади, взявшись руками за бёдра и снова стал трахать её. Дашки хватило, в таком положении, минут на пять. Потом она упала грудью на диван, после его сильного толчка в ней, и её опять потряхивало, а Геннадий, лёжа на её спине, продолжал трахать уже ничего не чувствующую Дашку.
Видя, однако, её состояние, вытащил член и перевернул её на спину. Развёл сжатые ножки и вставил, опёршись о локти и разгрузив от своего веса её тело. Снова стал трахать её, приходящую потихоньку в себя, под его сильными толчками. Слышалось его хриплое дыхание и хлюпающие звуки выжимашихся из влагалища соков. Придя в себя, Дашка чувствовала себя усталой и пресыщеной удовольствиями, но Геннадий ебал её, как он говорил, долго и больше она не испытывала уже так завораживающих её наслаждений. Геннадий кончил, как и обещал, через полчаса, примерно, и она опять ощутила опустошённой себя, когда он вышел из неё, но была уже рада этому. Больше ей трахаться не хотелось сегодня. Она чувствовала себя полностью удовлетворённой.
- Как самочувствие, Дашенька? Может ещё повторим? - Спросил Гена, посмеиваясь.
- Можно, конечно, только сил у меня совсем нет. Затрахал ты меня во второй раз. Хватит на сегодня, а завтра, по трезвому, я бы не отказалась, прямо с утра. Может придёшь? Предки на работе до пяти.
- Нет. Я до обеда в больнице, у Лерочки, буду. Когда приеду, увидишь. Приходи лучше сама, если ещё захочется. До рождения ребёнка, я могу тебя потрахать, но потом... Уж извини, но я люблю свою жену. Да и ни к чему это ни тебе, ни мне. Найди, если необходимо, парня хорошего и трахайся лучше с ним.
- Я тоже люблю сестру и не встану на её дороге. Живите. А завтра, всё таки приду. Ладно, одеваюсь и ухожу. Отдыхай, мой лучший мужчина-любовник. До завтра.
Дашка, довольная проведённым вечером и полученными наслаждениями, оделась, поцеловала лежащего на диване Геннадия и пошла домой. Гулять сегодня ей не хотелось.
======================================================================
Брат и сестра.
-------------------------
Лидка сидела на попе, перед лежащим на спине Мишаней и дрочила ему хуй. Это происходило на их сеновале, днём. Дома никого не было.
---------------------------------------------------------------------
Вчера он уговорил свою младшую сестрёнку, Лидку, помяв её, не очень большие пока титечки, и пососав их, а так же поцеловав её несколько раз взасос. Мишане было пятнадцать, Лидке только на той неделе исполнилось четырнадцать. С другими девчонками у него не получалось, хотя был он довольно рослый парень, но слишком уж мягкий и добрый, за что и звали Мишаней, а не Мишкой, да и стеснялся он других девчонок. А Лидка сестра, к тому же ей нравилось, когда он целовал её, щупал грудки и мял попку.
---------------------------------------------------------------------
Они хоть и жили в деревне, но успели уже насмотреться всего понемногу. И порнушку видели и журналы всякие с этим делом, а вчера, придя к матери на ферму, случайно, застали её со скотником Филей, который ебал их мамку сзади, прямо перед загоном для коров. И мамке это нравилось, она поддавала задом и посмеивалась, оглядываясь на Филю, который, ухватившись за её широкие бёдра, со всей силы вставлял в неё, свой немалый хуй. Мишаня с Лидкой спрятались, чтобы их не увидели и смотрели до конца, пока Филя, выматерившись не стал спускать свою сперму прямо в мамку, а она, застонав от удовольствия, прижалась к нему задом и замерла, принимая её в себя.
Потом Филя спрятал свой хуй в штаны, похлопал мамку по голой заднице и сказал:
- Ох, хороша ты в этом деле, Галинка! И чего ты живёшь, с этим обормотом, алкашом?
- Так дети же у меня, Филипп. - Сказала мамка, подтянув свои трусы и оправляя подол рабочего халата. - От них то не уйдёшь. Хотя надоел он мне со своими пьянками. Ебать тоже не может, как раньше, спился и не стоит у него, зачастую. С тобой вот, душу отвожу, сбрасываю напряжение от всего накопившегося. Ты молодец! Хорошо выебал меня, опять можно дня три жить нормально, с настроением. Ладно, иди уж. Мне ещё коров додоить надо. Потом домой пойду.
Филя поцеловал мамку и ушёл, а она стала доить своих коров.
Мишаня с Лидкой, как ни в чём не бывало, вышли из своей засады и окликнули мамку. Она обрадовалась, увидев их, закончила дойку и налила им, из ведра-подойника, свежего парного молока, по кружке. Они выпили его и, дождавшись, пока мать закончит свои дела, пошли вместе с ней домой, не сказав ничего о том что видели.
Их отец, Семён, работал слесарем на МТМ и, как говорила мамка, спивался, каждый день приходя домой уже пьяным. Скандалил с мамкой из за ничего. Бить, правда, не бил, побаиваясь подросшего сына, который в свои пятнадцать лет был гораздо здоровее его. Чтобы отвязаться, мать давала ему стакан крепкой бражки и он, отправлялся спать. Мать иногда плакала, вспоминая, каким муж был хорошим мужиком раньше, и тоже шла спать до утренней дойки, когда вставать приходилось в начале шестого утра.
---------------------------------------------------------------------
Мишаня и Лидка, на лето, как обычно, перебрались спать на сеновал. Лидка уходила туда часов в десять вечера, а Мишаня до двенадцати гулял. Ходил к речке, на посиделки молодёжи, потом провожал какую нибудь девчонку, если та соглашалась, и тоже отправлялся спать на сеновал, рядом с Лидкой. Ещё с весны он приметил, что Лидка стала девчонкой, симпатичнее многих других, у неё появились грудки, которые хотелось пощупать, губки, сами просившие, чтобы их поцеловали, округлились бёдра, а булочки попки так и хотелось помять, стоило только увидеть, как Лидка идёт, покручивая ими.
Это действовало на Мишаню, хоть он и побаивался тоже, что и от Лидки может получить по рукам и по морде, если что то ей не понравится. Первый раз они начали щупаться и целоваться тут же, на сеновале, когда Мишаня вернулся с гулянки, а Лидка, почему то, не могла уснуть. Увидел, что она ворочается с боку на бок, и спросил:
- Лид, а тебя уже щупали за тити? Вон они какие хорошенькие.
Грудки, действительно, выглядели соблазнительно, нахально выставляясь из под сбившейся ночнушки, так и хотелось прикоснуться к ним, погладить, посжимать их.
- Тебе что, хочется их пощупать? Целуй меня, потом можешь пощупать. Не спится что то сегодня, душно. А ты сам то щупал у других?
Мишаня придвинулся к сестре, обнял её и стал ласково целовать, стягивая вниз верх ночнушки и освобождая грудки для рук. Посжимал их, погладил, потом поцеловал, взяв в рот напрягшиеся соски. Лидка напряглась и блаженно вздохнула. Погладила голову брата.
- Как приятно, Миша! Поцелуй их ещё, мне очень нравится. Ах, какой ты молодец! А в трусы чего лезешь? Я же не разрешала тебе этого. Ох, ладно уж, щупай и там, мне так тоже приятно. Ой, Мишаня, ещё поласкай так же. Ух, ты, я мокрая стала внизу.
Мишаня уже вовсю потирал писунок, чувствуя как напряглись её бёдра и стала насаживаться на его пальцы её мокрая уже расщелинка. Его член тоже был напряжён и упирался в бедро Лидки. Лидка часто-часто задышала, задрожала всем телом, прижимаясь к его руке, и пальцы Мишани обдало тёплой влагой, а Лидка расслабилась и довольно засмеялась, сама пробуя поцеловать своего братика.
- Мишаня! Как хорошо! Я кайфую. Поцелуй меня ещё, братик! А я могу чем нибудь помочь, чтобы и тебе было приятно?
- Лид, мне тоже ведь хочется. Ты сможешь подрочить мой хуй? Мне будет приятно это. ...
- Давай, ложись на спину, ой какой он стал. Большой и красивый. Так пойдёт?
Лидка ухватилась ладошкой за член Мишани и стала двигать кожицу, то оголяя головку, то почти скрывая её. Мишаня напрягся и тоже часто задышал, потом из члена вырвалась струя беловатой жидкости и шлёпнулась ему на живот. Остальное стало стекать по тыльной стороне ладошки Лидки, продолжавшей дрочить член брата.
- Ох! Хватит, Лидуся, я уже кончил. Ты тоже молодец, а облегчение такое кайфовое.
- Да, уж. Всю ладошку мне обтрухал своей молофьёй. Кайфово! Миш, а ты ебался уже с кем нибудь? Или только дрочишь себя?
- С кем я буду ебаться, если девчонки шарахаются от меня. Пощупаться и то не дают. С тобой вот, первый раз нормально пощупался, покайфовал. Охота, конечно, но не получается у меня с девчонками.
- Я ведь тоже девчонка, щупайся тогда со мной. Мне это нравится, очень даже. Ебаться нам с тобой нельзя только, потому что родные брат и сестра, а щупаться можно.
В ту ночь они долго щупались, целовались. Мишаня два раза доставлял Лидке удовольствие ласками клитора и писюльки, засовывал палец в дырочку влагалища, шевеля им. И Лидка дрочила ещё раз его член. Они уснули очень довольные этими ласками и не слышали даже, как уходили на работу, сначала мать, потом отец.
---------------------------------------------------------------------
Проснулись, в девять часов, когда мать пришла с утренней дойки и собиралась съездить в райцентр, за покупками и какой то справкой.
- Эй, засони! Долго ещё будете нежиться? Десятый час уже. Вставайте, поешьте, а мне надо в райцентр смотаться. К вечерней дойке вернусь, успею.
- Мам, это ж тебе надо ехать. А нам то некуда спешить, каникулы у нас. Ладно, встаём.
Заявила Лидка, поднимаясь. Тут же спохватилась и надела трусики. Ночью, балуясь, они разделись догола оба, рассматривая тела друг друга, и она забыла, засыпая, надеть трусики и ночнушку. Захихикала, представляя, что было бы, если их увидела бы в таком виде мамка. Оделась и бросила, балуясь, в Мишаню подушкой, смеясь, сказала негромко:
- Вставай, умоемся и есть пойдём, братик. Хватит валяться. Потом ещё можно будет позаниматься приятным, когда мамка уедет.
Умывшись, проводив мать и поев после этого, Мишаня с Лидкой пошли сначала на речку и искупались. Вода была тёплая и народа на речке было много. Лидка ушла к подружкам, которые тоже купались неподалёку, Мишаня купался со своими сверстниками и одноклассницами, которые держались около ребят, старались привлечь их внимание своими фигурками, выглядевшими весьма привлекательно, почти у всех. Купались долго и весело, балуясь, брызгаясь, подныривая к девчонкам и щупая их попки под водой. Дурачились.
Мишаня тоже подныривал и щупал кое кого, но вспоминал при этом формы и фигурку своей сестрёнки. Она ему нравилась гораздо сильнее всех его одноклассниц, хотя и была моложе их. Потом ему наскучило и он, одев шорты и майку, пошёл домой, на сеновал. Лидка догнала его на полпути и дальше шла, ухватившись за его руку, и почти повиснув на нём.
---------------------------------------------------------------------
Не сговариваясь, сразу залезли на сеновал и разделись, оставшись только в трусах и трусиках. Мишка лёг на спину, а Лидка села рядом на свою попку и, стащив с него трусы до колен, стала дрочить ему поднявшийся и напряжённый уже член.
======================================================================
- Ох! Как хорошо! Ты как догадалась, что я хочу этого? Ух, ты! - Мишаня напрягся и часто задышал, продолжая, однако говорить:
- Лид, а у тебя фигурка лучше чем у всех моих одноклассниц. Вааще, ты классно выглядишь. - Больше терпеть ласки своего члена ладошкой Лидки он не смог и прошептал:
- Ох, всё! Опять кончаю. - Сперма вырвалась из торчащего члена и опять залила живот. Он облегчённо вздохнул, вытер её углом простыни и сказал:
- Иди, теперь моя очередь, ложись рядом на спинку, Лидуся. Сейчас я буду тебя обслуживать. Одна приятность, чувствовать рядом с собой такую красоту и ласкать её.
- Мишаня, ты чего? Влюбился в меня, что ли? Так я тебя всегда любила. Неужели я тебе нравлюсь больше других? Врёшь ты, подлизываешься, что то. Говори давай, чего захотел!
- Тебя, Лидочка-Лидуся. Давай, поебёмся, всё таки. Не хочу, чтобы твою целку кто то другой сломал. Нет, правда, давай, сделаем это.
- Ой, Мишаня! А если кто узнает? Житья ведь нам не будет тогда.
- А кто узнает? Мы же вдвоём с тобой. Мамку вон, Филя ебёт, а папка даже не подозревает об этом. Мы с тобой знаем, но не болтаем. А папка сам виноват, что пьёт.
- Я понимаю, Мишенька, но всё равно боюсь, хотя сама тоже хочу, сделать это с тобой. Я же люблю тебя, братик. Ладно, поласкай меня там, сначала.
- Я тебе вылижу там всё, сначала. Помнишь, порнушку смотрели, ты ещё хихикала тогда.
Мишаня стянул с неё трусики и устроился между ножками, раскинутыми в стороны с приподнятыми коленями. Обнял, по хозяйски, за бёдра, посмотрел на хихикающую сестру и впился поцелуем в её выставляющийся клиторок, засасывая его в себя. Провёл несколько раз языком, раздвигая им слипшиеся лепестки, прикрывающие дырочку влагалища. И Лидка уже не помнила себя, так хорошо ей ещё никогда не было. Её бёдра сразу напряглись и подались, приподнимаясь навстречу этим ласкам, а сама она застонала от избытка ощущений. Ещё несколько посасываний клитора, ласк языком щелки и она выгнулась, кончила, оросив лицо и губы брата своими соками, которые он слизывал и глотал, ощущая их терпкий вкус, который ему понравился.
Лидку затрясло в оргазме и она обессиленно расслабилась. Мишаня, видя такое дело, тут же лёг на неё и направил свой член в примеченную дырочку. Резко двинул бёдрами и Лидка, вскрикнув негромко, и ошарашенно посмотрев на него, стала женщиной, лишившись навсегда своей девственности. Боль была не сильная и совсем исчезла, когда она почувствовала себя заполненой членом Мишани.
Мишаня осторожно стал двигать бёдрами, смотря на зажмуренные глаза сестры. Через несколько движений глаза распахнулись, но вместо боли он увидел в них удивление, смешанное с радостью. Лидка улыбнулась и сама подалась навстречу его движениям, очень обрадовав Мишаню, который сразу увеличил скорость своих толчков, стараясь поглубже войти в неё. Теперь его член ходил в ней резко и быстро.
Да, целка была порвана, и они уже оба интенсивно двигались, прижимаясь телами и доставляя друг другу истинное наслаждение от близости и этих движений. Часто дышали, у Лидки вообще рот не закрывался, ловя воздух и издавая стоны страсти и желания.
Кончали они тоже вместе, переплетясь и руками, и ногами, хрипло дыша и выжимая из себя соки любви, смешивающиеся в Лидкином влагалище. Потом долго лежали не разделяясь, приходя в себя и балдея от совместного и такого сильного оргазма.
- Мишаня, - расслабленно проговорила Лидка, - мне так хорошо! И он у тебя всё ещё твёрдый. Тебе понравилось ебаться со мной?
- Понравилось, Лидусенька, это так кайфово! Можно я ещё разик тебя поебу? Мне опять хочется и хуй не опал совсем, как после дрочки.
- Еби, мне тоже хочется! Ой, опять кайф ловить начинаю, только ты стал тыкать и снова - Она у тебя там, такая нежная и обнимает хуй. Здорово! Теперь каждый день будем с тобой ебаться, не надо мне никого другого, Лидусик.
- Можно, Мишаня, только не забеременеть бы. Давай купим презиков, тогда можно не бояться. Ух! Ты! Я опять кончила, приятно так. Вааще!
- Ох, всё, Лидусенька! Я тоже кончаю! Ух! - Он выжимая из себя, сделал три толчка.
- Вот, опять ты вся полная моей молофьёй и по ляжкам даже течёт. Пойдём в баню, там вода есть. У тебя все ляжки в крови. Больно было, когда целка порвалась?
- Было, но недолго, только когда ты первый раз тыкнул, а потом ничего, приятно стало.
Мне понравилось.... Не даром мамка тоже кайфовала, когда ей Филя засаживал. Балдела.
- Ну, ещё бы. Вон какой он здоровый у него. Тебя бы, точно, порвал, там, всю.
- А мне и не надо Филю, тебя хватит теперь. Ладно идём. Помоем себе между ног.
Они слезли с сеновала и зашли в небольшую баньку, где подмылись оба. Потом поели дома и Лидка осталась ждать мамку из райцентра, Мишаня пошёл прогуляться по деревне.
======================================================================
Приключение Мишани на речке.
------------------------------------
Мишаня подошёл к речке в месте, где никого не было, разделся, окупнулся, лёг на свою раскинутую одежду, на спину и прикрыл глаза. Ему было хорошо, он с удовольствием вспоминал, как всё получилось с Лидкой, как здорово ему было в её узенькой и нежной пиздёнке. Кайфово! Ух, и член опять стоит, ладно никого нет, но дрочить он сейчас не будет, лучше вечером, на сеновале, опять с Лидусей поебётся. Он улыбался своим мыслям, представляя, как всё опять будет.
- Вот это палка! А торчит то как! Мишаня, ты когда успел такой аппарат отрастить?
Голос спугнул Мишаню, он открыл глаза. Рядом стояла Серафима, Симка, напарница матери по ферме, и смотрела на его вздувшиеся трусы. Она была моложе мамки, двадцать семь ей, жила с мужем Фёдором, который вообще нигде не работал, но пил каждый день.
- Вспомнил что то приятное, Миша? Дай ка мне потрогать его.
Она нахально уселась рядом и положила руку на Мишанин член, посжимала его, он чуть не кончил от этого. Засмеялась и, поглаживая его, сказала, спросила даже:
- Наверное, представил, как засаживаешь своего, хорошенького такого, какой нибудь девчонке. Так ведь? А они даже пощупать не дают. Хочешь, дам тебе? Давно никто не ебал, а хочется. Выгнала я своего Федьку вчера, надоел, алкаш хренов и толку никакого, одни траты на него только были.
Симка была красивой бабёнкой и Мишаня с Лидкой, жалели даже её, что живёт с непутёвым Федькой. Сейчас, при её словах, Мишкин член напрягся ещё сильнее, а Симка, подвинув его, устраивалась уже, ложась спиной на его брюки и рубашку. Легла и почти затащила на себя, приподнявшегося Мишаню, задирая свой подол сарафана и раскидывая под ним ноги. Трусов на ней не было и Мишанин член, ткнувшись ей между ног, был направлен её настойчивой рукой куда надо.
Симка вздохнула удовлетворённо, почувствовав в себе что то, стоящее внимания, и сама начала первой поддавать снизу. Мишаню это завело и, навалившись на неё, ухватив за широкую задницу, он стал её ебать, всё увеличивая скорость. Довольная Симка подмахивала ему и вскоре кончила первый раз. Её дырка обжала Мишанин член и задрожала на нём. Мишаня был в ударе и ебал её минут десять. Симка уже не смеялась, зато часто и тяжело дышала, всё тело её подрагивало и она целовала Мишку после каждого своего удовольствия. Потом Мишаня тоже часто задышал, сильнее прижал к себе её за попу и блаженно вздохнув, спустил в неё свою сперму. Кайфуя на её больших грудях, он совсем расслабился, лежал не вытаскивая из неё.
- Ох! С двумя мужиками жила, а такого не испытывала. Спасибо тебе, миленький! Ублажил бабу. До чего же славно, всё ещё потряхивает. Молодец, Мишаня, только мамке не проболтайся, что ебал меня. Она потом разговаривать со мной даже не будет.
Симка довольно засмеялась, ещё поцеловала Мишаню и вылезла из под него. Одёрнула подол, садясь рядом, обняла тоже севшего Мишаню, прошептала ему на ушко:
- Ты знаешь, где я живу, приходи, когда снова захочется. Мне понравилось, и хуй тоже. Ладно, пойду, на дойку скоро уже. Мамка то приехала?
- Не знаю, Сима. Мне тоже нравится с тобой.
- Вот и приходи, лучше днём, болтовни не будет. Знают все, что ты Галькин сын.
Она опять поцеловала Мишаню, легко поднялась и, довольно посмеиваясь, ушла, покручивая своим задом, а Мишаня, тоже довольный таким приключением, решил Лидке не рассказывать об этом. Зачем? Лучше сходить сейчас до ларька и купить презиков, чтобы сеструха и вправду не прихватила от него. Он оделся и решительно направился в деревню, к ларьку, у конторы.
======================================================================
С о с е д и.
---------------------
Инга была латышкой, а в Семёновку попала выйдя замуж за сержанта стоящей в их посёлке части сапёров. Понравился он ей, Николай Машков, высокий, крепкий парень, разговаривающий правда, уже тогда своеобразно, над ним даже сослуживцы подтрунивали за этот уральский и чисто деревенский говорок. Но ей и это нравилось в нем и перед дембелем он уговорил, всё таки, её выйти за него замуж и уехать с ним на Урал. До этого он приходил к ней, бывая в увольнении.
Был у них и секс, куда ж без него, если встречаются парень и девушка, нравящиеся друг другу. Невинной девочкой Инга уже не была, поэтому в третью встречу, сама легла под него и он сумел доставить ей ожидаемое удовольствие. После этого встречались уже только для этого, Инга была заводной и нравилось ей заниматься с Колей любовью. Ему тоже нравилось, как она отдаётся, как извивается под ним при оргазмах, и как стонет при этом. В общем главным при принятии решения о замужестве, для Инги был секс.
Приехали в Семёновку и стали жить вместе с родителями Николая, в не очень большом доме. Николай устроился работать в колхоз, но тот неожиданно развалился и он остался без работы. Времена были тяжёлые и непонятные. С родителями тоже жилось не очень. Инга, привыкшая чувствовать себя хозяйкой и сама принимать решения, тут оказалась в сложном положении. Даже сексом в постели приходилось заниматься по тихому, чтобы родители не слышали. Три года жили очень трудно, потом Николай устроился работать в МТМ, к бывшему механику, ставшему вдруг фермером и деньги снова появились в доме.
До этого приходилось иногда жить за счёт пенсии родителей. Увлёкшись новой работой, Николай приходил с неё усталый, было не до любви и секса иногда. Потом ему отдали половину деревянного двухквартирного дома, они переехали туда, и жить стало повеселее, для Инги, которая работала уже в школьной библиотеке, получая зарплату за это, небольшую, но зато была окружена вниманием местной молодёжи, школьников и школьниц, так как была ещё молода и красива, работу свою знала и любила. К ней обращались с какими то вопросами и преподаватели.
---------------------------------------------------------------------
Квартира ей понравилась, удобств никаких, конечно, но Коля пообещал сделать за год санузел с ванной, а воду они брали из пробуренной рядом с домом скважины и она была проведена в дом. Налаживалось у них понемногу и временами муж уже начинал заводить разговор о детях, что неплохо бы иметь в доме сынишку и дочку. До этого Инга предохранялась, глотая таблетки, но сказала, что когда в доме появятся удобства, она не будет их больше принимать, чем обрадовала Николая и тот клятвенно пообещал ей сделать всё в течение наступившего лета.
Под всем домом был подвал в два метра по высоте и разделенный на две половины стенкой в кирпич толщиной, но с большим проёмом для вентиляции. В общем из одной квартиры в другую, можно было попасть запросто. Этим правда, пока, никто не пользовался и использовался подвал по своему прямому назначению, для хранения овощей и разных солений и варений, бражки и самогонки, иногда. В соседней квартире жила семья с двумя детьми женского пола, девчонками десяти и тринадцати лет. Сами родители были лет на десять постарше Инги и Николая, мужа звали Алексеем, а жену Ниной.
Алексей любил иногда, особенно по выходным, прикладываться, веселясь, изрядно шумел, но пьяницей он не был, поэтому конфликтов не возникало. Нина была красивой блондинкой, как и Инга, разговорчивой и ...доброжелательной, С Ингой они подружились и иногда заходили друг к дружке, чтобы поговорить и просто отвести душу. Мужчины тоже здоровались, перешучивались, встречаясь, иногда и выпивали вместе.
Алексей поддержал Николая и они уже к июлю выкопали и выложили из шлакоблоков выгребную яму на две квартиры и вывели от неё в дом трубы канализации. Дело оставалось за немногим, отгородить в квартирах места для санузлов, установить ванны, раковины и унитазы и водогрейные колонки-титаны, или водоподогреватели работающие от электричества. Места под ванны и унитазы они отгородили, а на остальное нужны были деньги, но тут помог случай. К ним зашёл, как то, этот самый фермер, у которого работал Николай и, увидев то, что они успели уже сделать, решил помочь обоим, уговорив попутно и Алексея, на новую работу, так как знал его хорошо. Завёз им нужное, за счёт хозяйства, послал двух сантехников и сварщика на два дня, для монтажа сантехники и подключения воды и подогревателей.
---------------------------------------------------------------------
В пятницу, довольные семьи уже мылись в ваннах и под душем, пользуясь и туалетом.
Это дело, конечно же, было решено обмыть как следует. Собрались в субботу, после полудня, на половине Инги и Николая, девчонок услали погулять, а сами стали выпивать и разговаривать. Посидели хорошо, выяснилось, что Алексей неплохо играет на гитаре и даже немного поёт. Пришлось тому идти за гитарой и настраивать её. Он спел несколько песен Высоцкого, потом, вместе с Ниной, кое что из репертуара Ю. Антонова. Алексей и Инга стали подпевать, в общем время проводили хорошо, не забывая и выпивать.
Нина сходила вечером, накормила и уложила спать девчонок и веселье продолжилось. Часам к одиннадцаим вечера набрались мужчины основательно и иногда путали уже своих супружниц, обнимая и целуя порой жён чужих. Женщины, тоже были изрядно подпитые, перемигивались друг с дружкой и посмеивались, подставляя губы соседу, вместо мужа. Нина присела рядом с Ингой, обняла её, посматривая на пьяных мужчин и прошептала на ушко, показывая на мужей:
- Тебе не кажется, милая, что наши муженьки уже ни черта не соображают, и им, сейчас, всё равно кому вставлять, а вставить охота, хоть наверняка, не смогут долго кончить. Как тебе, понравилось целоваться с моим? Это он умеет, и ебёт ещё вполне нормально, я раза по два-три кончаю под ним, когда он в ударе.
- Ты, Нина, хочешь, чтобы я переспала с твоим? Тебе, что, мой Колька понравился?
- Ну, понравился, не понравился, но охота соседа на это дело испробовать. А ты как?
- Не знаю, никогда ещё не изменяла ему, как поженились, хотя тоже хочется, сейчас, попробовать. Мне понравился твой Лёша. Классно засасывает при поцелуе.
- Так давай, поменяемся, часика на два, они же пьяные, долго не смогут кончить, потом опять, каждая к своему пойдёт. Сравним их возможности и дальше жить будем.
- Боюсь я, Нина, а вдруг разоблачат нас, что тогда будет?
- А ничего, они подумают что сами перепутали нас и будут помалкивать, довольные, если такое случится. Я уведу сейчас своего в одну комнату, а ты своего в другую, пока они раздеваются и поменяемся, сумерки уже, темновато, и ляжем каждая под соседа, потом увидим, что получится. Давай, я пошла.
Нина подошла к Алексею, села ему на колени и что то прошептала на ухо. Тот заулыбался и попробовал встать, взяв её на руки. Не получилось, конечно, он чуть не грохнулся, Нина вырвалась и поддержала его, приговаривая при этом:
- Пойдём, отдохнём немного, Лёшенька, тяжёлый ты уже, да и Коля тоже. Завтра воскресенье, допьём, успеем, нашу водочку, а сейчас в постельку, миленький. У Инги с Колей, сегодня заночуем, не надо девочек наших будить.
Она подхватила его под плечо и, подмигнув Инге, увела в комнатку. Инга тоже подошла и помогла пьяно улыбающемуся Николаю, дойти до другой комнатки, где он, обняв её, попытался завалить на кровать. Инга увернулась, сказав, что ей надо сходить по маленькому и, оставив его раздеваться, вышла обратно в большую комнату. Нина уже была там, посмеиваясь и раздеваясь. Они были похожи телами и фигурками. Нина была немного пониже, чуть-чуть. Инга тоже разделась и немного подрагивала, от боязни, наверное, Нина подошла к ней и сняла с неё бюстгальтер, сказав, что он не нужен, погладила груди Инги и поцеловала их даже, сбросила с себя трусики, Инга тоже и они, посмеиваясь, разошлись, каждая к своему соседу.
Нина тихонько зашла в тёмную уже комнату к Николаю, который хоть и был сильно пьян, но ждал свою женщину, которой очень хотел вставить, оттянуться с ней по полной.
- Ложись, Инга, ох и отдеру я тебя сегодня, болт стоит вовсю уже. Давно так не хотел.
Нина залезла под простынь и прижалась к нему, чувствуя как он укладывается на неё, сразу вставляя свой большой и толстый член. Навалился всем телом, расплющив под собой её груди, обнял, поцеловал обдавая ароматом выпитого и, уткнувшись ей в шею, стал двигаться, сразу взяв хороший темп и вытаскивая член почти полностью, чтобы снова, с силой, вогнать его во влагалище, сразу начавшее выделять соки, получая удовольствие от этого.
Нине понравилось под Колей, и она стала подмахивать ему, получая удовольствие и от его размашистых движений, толчков, настраивая себя на долгое сношение. Коля ебал её с получаса, они оба были уже мокрые от пота, влагалище хлюпало от избытка Нининых выделений, но ни он, ни она не сдавались. Только когда Коля издал хриплый вздох и начал сливать в неё свою сперму, добавляя её к уже имеющимся в большом количестве сокам Нины, она поняла, что получила то, что ожидала.
Кончив, он отвалился от неё, прошептал: - Ох! Хорошо! - И заснул, тут же начиная негромко похрапывать, от того, что лежал на спине.
Нина перелезла через него, поцеловав при этом, помогла Коле лечь на бок и храп прекратился. Засмеялась тихонько и вышла опять в большую комнату голая. Инги ещё не было, а из их комнаты слышалось натужное дыхание мужчины, подходящего к пику соития и скрип кровати. Ещё она услышала постанывания и довольные вскрики Инги. Там дело только подходило к концу и Нине не осталось ничего, кроме, как ждать этого конца.
Она не одеваясь, уселась голой попкой на стул и налила себе рюмку водки. Выпила и тут поняла, что её Лёшка с Ингой тоже закончили своё общее дело. Снова послышался скрип кровати и появилась Инга, пошатывающаяся от слабости, довольная, улыбающаяся.
- Получилось, Ниночка! Твой Лёшка, даже не смотрел на меня. Только залезла в постель, навалился и сразу начал ебать, не целовал даже. А мне хорошо так стало, я давай ему подмахивать, а он, за попу мне вцепился и толкает его, толкает. Длинный он у него, но потоньше, чем у Кольки, несколько раз до матки достал, больно даже немного было, но приятно. А правильно ты сказала, что пьяные они долго ебут. Я пять раз кончила и шестой, когда он спускать в меня стал. Нормально. А тебе понравилось с Колей?
- Конечно понравилось. Он у него толстенький, как раз то, что мне нужно было. Я вообще искончалась, не считала сколько раз, но много. Здорово получилось, при случае, можно и повторить. Пойдём, подмоемся, тогда. Хорошо, когда в доме все условия есть.
Молодцы вы с Лёшкой, всё таки, мой сам до этого не додумался бы. Не надо зимой на мороз выскакивать, чтобы опростаться. И девчонок всегда можно вымыть, нормально.
Они зашли в совмещённый санузел, где в подогревателе была всегда горячая вода, настроили душ и обе залезли под него, встали обнимаясь. Инга посмотрела в глаза Нине и впилась в её смеющиеся губы, целуя взасос и проталкивая той в рот свой язычок. Нина даже сомлела от такого поцелуя и тоже ответила на него, пробуя вставить Инге в ротик свой язычок. Язычки встретились играя и щекоча, а женщины крепко прижались одна к другой телами, начиная нежно поглаживать друг дружку, ласкать. Потом разъединились ...и расхохотались, начиная подмываться. Подмылись, сполоснулись и пошли в комнату, где голые уселись за стол. Выпили по рюмке водочки, закусили.
---------------------------------------------------------------------
- Пойдём на диван, что ли? Раздразнила ты меня, Инга. Побалуемся немного, как в порнушках показывают. Хочется мне твою пиздёнку на вкус попробовать.
- Идём. Мне тоже сейчас хочется этого, давно уже не пробовала с женщиной. Раньше, в Латвии ещё, часто в общаге этим занимались, с девчонками, когда ребят не было под рукой. Ты этого не пробовала, наверное, даже целоваться с женщиной не умеешь ещё.
- А где учиться то, Инга? В нашей деревне, я только по видику и увидела такое, и то совсем недавно. До этого ничего про это не знала совсем. Да и не с кем здесь, не предложишь же первой попавшейся такое. Ладно, идём.
Они легли на диване и обнялись. Инга стала преподавать Нине уроки лесбийской любви. Процеловала всё её тело, уделяя особое внимание большим и упругим ещё грудям Нины, пупку и бёдрам на подходе к интимному месту. Потом вернулась к губам и долго целовала её играя язычком в ротике подруги. Когда Нина уже изнемогала, от этих ласк и поцелуев, она развела в стороны её ножки и, устроившись между ними, стала целовать и лизат
Автор рассказа:
Беалфед

Вы можете написать автору данного рассказа, для этого нажмите на картинку с изображением конверта.

Ссылка на этот эротический рассказ:
http://story.neskromnie.ru/text/2011-02-18/13435.html